Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Интернет - это грех! Вам капец, грешники! Читайте лучше САМЫЕ ПОЛЕЗНЫЕ книги за всю историю человече



Интернет в эру развития информационных технологий стал неотъемлемой частью жизни каждого человека. Но не стоит смотреть на это достижение человечества через розовые очки. Ведь у каждой медали есть две стороны. Так и здесь. С одной стороны Интернет просвещает, а с другой искажает все факты. Любую информацию, которую мы ищем в глобальной сети, мы получаем сквозь призму виденья других людей и уже не можем адекватно её оценивать. Некоторые даже считают, что Интернет – это грех и здесь можно узнать, посмотрев видео ролик Просветленного старца, почему Интернет имеет такое пагубное влияние на психику человека, его становление как личности и восприятие окружающего мира.
Многие погрязают во всемирной паутине и уже не могут из неё выбраться. А для кого Интернет является своеобразным панцирем, ракушкой, в которой он прячется от окружающего его реального мира.Интернет породил свою преступность – кражу кредитных карт, взлом аккаунтов и многое другое. Вернее, воровство и вандализм существовали и до этого – просто у них появились новые возможности. Людям какое-то время казалось, что преступность в сети – это не преступность.Надо ли называть зависимость от интернета в списке грехов на исповеди?

В качестве альтернативы предлагаю наш список лучших книг за всю историю человечества:
Царева - Электронный капкан
Абдуллаева - Интеллектуальный Инсульт. Как в мире роботов остаться человеком
Ильченко - Как нас обманывают СМИ. Манипуляция информацией
Макдональд - Правда. Как политики, корпорации и медиа формируют нашу реальность
Макишвили - Большая книга манипуляций. Изучаем секреты управления сознанием
Кэмпбелл - Китайское исследование. Результаты самого масштабного исследования питания
Гандри - Парадокс растений. Скрытые опасности «здоровой» пищи
Эрет - Целебная Система Бесслизистой Диеты, Жизненно важные вопросы
Сытин - Лечебные сеансы академика Г.Н. Сытина, Как в 75 я помолодел
Батмангхелидж - Вы не больны, у вас жажда
Сидоров - Рок возомнивших себя богами, Тайная хронология и психофизика русских, Неосталнизм, Этнопсихология
Троицкая - Пищевой террор, Медицинский террор, Информационный террор, Алкогольный террор
Джасмухин - Самоучитель праноедения
СТОЛЕШНИКОВ - ЧЕМ НАПОЛНИТЬ ОРГАНИЗМ?
Герасимов - Возвращение содома, Будни мирового дурдома
Новоселов - Женщина. Учебник для мужчин
Леш - Самоуничтожение человечества
Диденко - Цивилизация каннибалов
Ферле - Эректус бродит между нами
Рид - Спор о Сионе
Ломброзо - Преступный человек, Женщина, преступница или проститутка, Гениальность и помешательство
Беркович - Православие против глобализма
Лоренси - Черная ложа астральных сатанистов
Подолинский - Труд человека и его отношение к распределению энергии
Зыкин - Запрещенная экономика
Паршев - Почему Россия не Америка?
Климов - Князь мира сего, Красная каббала
Курпатов - Четвертая мировая война. Будущее уже рядом
Нордау - Вырождение
Колеман - Комитет 300
Кут Хуми - Сон Раваны
Эстулин - Кто правит миром? Или вся правда о Бильдербергском клубе
Фолкнер - Безумие пахаря
Анненков - Подари лопату соседу, Не мешай огороду лопатой и плугом
Бублик - Огород для умных, или как не навредить заботой
Курдюмов - Полный курс органического земледелия
Овсинский - Новая система земледелия
Тимофеев - Детка Порфирия Иванова
Золотарёв - Новое - небывалое. Научность идей Порфирия Иванова
Абхаядатта - Львы Будды. Буддийские мастера-маги. Легенды о махасиддхах
Свами Йога Камал - Лекции
Учение Бабаджи. Истина. Простота. Любовь. Служение человечеству
Ояма - Философия каратэ
Репс - Плоть и кость дзэн
Якунин - Философия Пути, Диалог с Просветленным Мастером каратэ
Гурджиев - ВСЁ И ВСЯ. ОБЪЕКТИВНО-БЕСПРИСТРАСТНАЯ КРИТИКА ЖИЗНИ, Последний час жизни, Беседы в Париже
Крамер, Олстед - Маски авторитарности. Очерки о гуру
игумен Харитон - Умное делание. О молитве Иисусовой
Холмогоров, Свенцицкиий, Большаков - На высотах духа. Из жизни русских подвижников
архимандрит Софроний - Старец Силуан Афонский
Лоханов - Великие русские старцы
Лавский - Христианская, Суфийская, Античная, Индуисткая, Буддийская, Хасидская мудрость
Бакулин - Юродство
Неаполтанский - Мистерии Бхагаваты Пураны, Энциклопедии тантры, мантры, аюрведы, индуизма, буддизмма
Хислоп - Беседы с Бхагаваном Шри Сатья Саи Бабой
Его ученик - Жизнь посвященного, Посвященный в Новом Свете, Посвященный в Темном цикле
Бяк - Памятка начинающему просветленному. Практика решения всех проблем
Адельскуг - Объяснение гилозоики Пифагора
Аттар - Рассказы о святых
Кроули - Небольшие эссе относительно истины, 8 лекций по йоге, Магия без слез, Исповедь
Чоа Кок Суи - Чудеса пранического целительства
Ра Уру Ху - Дизайн Человека, Проживание дизайна
Тик Нат Хан - Гнев
Дарья Усвятова - КАЗАЧИЙ СПАС
Руис — Четыре Соглашения. Книга толтекской мудрости
Гужова - Медитация. Постижение внутреннего пространства, Влияния и связи
Попов - Сто вопросов, Дневник, 5 вечеров в Москве
Тэндзин Вангьял - Чудеса естественного ума
Ошо - Оранжевая книга
Перселл - Психологи вам врали! Анти-Карнеги-Курпатов
Лютц - Безумие! Не тех лечим. Занимательная книга о психотерапии
Тесла - Власть над миром
Вертинский - Дорогой длинною
Чиа - Целительный свет Дао, Медитация всемирной связи
Крем - Миссия Майтрейи
Митфорд - Эликсир жизни
Будда - Палийский Канон, Джатаки
Бодхи - Маленькие аспекты Большого самадхи
Законы Ману
Письма Махатм, Учение Махатм, Письма Мастеров Мудрости
Кэррол - Пища для ума
Малевич - Черный квадрат
Гуили - Эцилопедии святых, ангелов, магии и алхимии
Генон - Заметки об инициации, Христианский эзотеризм
Эвола - Восстание против современного мира, Герметическая традиция
Норбу - Драгоценный сосуд, Кристал и путь света. Сутра, Тантра и Дзогчен
Матаджи - Метасовременная эпоха
Ар Сантэм - Йога - способ жизни на земле, Новая нумерология
Антонов - Экопсихология, Сексология
Мастер Хора - Гравитонер
Пальчик - Квантовая модель эволюции личности, Реальна ли реальность?
Павлина - Личностное раазвитие для умных людей
Сервест - Магия бессмертия
Сывященные книги не вошедшие по причине парадоксальной популярности и абсолютной непонятности никому из людей:
Бхагават-Гита,Библия,Коран,Авеста,Ади-грантх,Дао-дэ-цзин,Дхаммападда,Тайная доктрина
Если копирасты не дают скачать, пишите нам, вышлем (а чего нет электронке, того нет, ну или подайте на сканер)): godmodespeedrun@gmail.com
Buy for 100 tokens
Стив Павлина - Почему мне так нравится моя жизнь? «Решить проблему денег раз и навсегда» - вот над чем я работал много лет! Я немного подумал в своем дневнике о том, почему мне так нравится моя жизнь. Вот что я придумал: Пространство для размышлений Мне нравится, что моя жизнь не перегружена…

Кертис Стоун - Почему я хотел заниматься сельским хозяйством

Кертис Стоун - Почему я хотел заниматься сельским хозяйством

Вернувшись из велосипедного тура в ноябре 2008 года, я провел эту зиму, читая больше книг по сельскому хозяйству, и много исследовал, как я могу это сделать. Тогда я знал, что хочу как-то фармить, но все еще не совсем понимал, как это будет выглядеть. Самая большая проблема, к которой я возвращался, заключалась в том, что земля в Британской Колумбии была такой дорогой. Это происходило на втором году моего первоначального пятилетнего плана, и я был на пути к реализации. У меня было сэкономлено меньше денег, чем я надеялся, но я провел много исследований по сельскому хозяйству и почувствовал, что кое-что знаю. Я прочитал все книги Элиота Колемана, а также Джона Джевонса.
Итак, к настоящему времени я знал, что какое-то мелкое интенсивное сельское хозяйство было подходящим для меня. Но проблема доступа к земле продолжала возникать. Той зимой меня посетил друг; мы говорили о сельском хозяйстве, и я объяснил ему, почему покупка земли была такой сложной задачей. Он сказал мне, что слышал о том, что называется SPIN-сельским хозяйством, но на самом деле не знал об этом много. Он упомянул, что фермер, использующий эти методы, может заработать 100 000 долларов с акра земли(40 соток).
Когда он сказал мне это, моя высокомерная сторона немедленно отклонила это. Из того, что я читал
у Элиота Коулмана, 20 000 долларов за акр, была очень высоким стандартом для интенсивного земледелия.
Я думал, что мой друг сошел с ума. Позже той же весной я вернулся в леса прибрежного района и внутренние районы Британской Колумбии, чтобы провести еще один сезон посадки деревьев. На этот раз я начал намного больше эмоционально выгорать от этой работы.
На тот момент это был мой девятый год посадки деревьев, и мое тело начинало говорить мне, что ему невмоготу. Вернувшись из той велосипедной поездки, чувствуя себя таким воодушевленным, я почувствовал, что снова погружаюсь в депрессивную спираль, поскольку я начал разочаровываться из-за того, что, возможно, я не смогу вовремя накопить достаточно денег для своей пятилетней цели: купить землю . Кроме того, я знал, что мне нужно бросить посадку, и мечта о покупке земли для усадьбы угасала. Примерно через три четверти того сезона в один из своих выходных я пошел навестить друга, который тоже занимался посадкой деревьев в соседнем городе.
Мы дошли до того, как я был разочарован тем, что не мог позволить себе землю для ведения сельского хозяйства, и как я не мог представить, что смогу пережить еще один посадочный сезон. Он также упомянул, как и другой мой друг, ранее, СПИН-фермерство. В этот момент, поскольку двое моих хороших друзей упомянули об этом, я решил, что с таким же успехом могу разобраться в этом подробнее.

Этот посадочный сезон завершился в июне, а когда я вернулся в Келоуну, я начал читать об этом фермерстве SPIN.
Я не мог поверить в то, что они утверждали, поэтому искал всех, кто действительно делал это в Британской Колумбии. Я нашел парня моего возраста по имени Пол, который управлял фермой SPIN развозя товар на своем велосипеде в Нельсоне, Британская Колумбия (что является довольно невероятным подвигом, учитывая, что Нельсон - такой же холмистый город, как Сан-Франциско). Я связался с Полом, и он был так щедр на свое время. Он позволил мне взять у него интервью на пару часов, и я сделал множество заметок о его опыте. С этого момента я знал, что хочу сделать в Келоуне то же, что он сделал в Нельсоне, и я хотел сделать это с педальным приводом, как и он. Я был полностью вдохновлен и знал, что это именно то, чем я хочу заниматься.

Мои препятствия были моими решениями

Проведя последнюю часть того лета, читая больше о сельском хозяйстве SPIN, а также заходя в Интернет и ища больше примеров людей, занимающихся городским сельским хозяйством, я был уверен, что это то, что я собирался делать. Я начал рассказывать об этом всем своим друзьям и семье, и это не заняло много времени, пока я получил один участок земли. Это был городской участок в центре Келоуны, принадлежавший семье моего давнего друга. Это был двойной участок - 0,5 акра(20 соток) с историческим домом площадью 2000 квадратных футов(1,8 соток) на одном участке с палисадником и задним двором, каждый по 2400 квадратных футов(2,1 соток).
Рядом с ним был дом, который сгорел несколько лет назад. Эти собственники снесли дом и полностью вырыли его из земли. Итак, все, что осталось, это большая дыра на месте фундамента. Семья была очень любезна предложить мне недвижимость; в обмен на то что Я присматривал за всем имуществом и предоставлял им корзину овощей каждую неделю, как только начинал сезон.
В то время дом снимала группа людей, и владельцы ежемесячно тратили изрядную сумму денег на поддержание благоустройства территории, которая пришла в упадок. Казалось, что я оказался в нужном месте в нужное время. Владельцам нужен был кто-то, кто бы управлял имуществом, а мне нужно было место для фермы: это было беспроигрышно по обоим причинам. В августе 2009 года я начал девелопмент. Мы начали с того, что построили забор по периметру, так как он был на углу и очень открытый, поэтому ограждение было обязательным.
Нам также пришлось вносить новый грунт на боковой участок, так как существующий грунт в основном представлял собой строительный мусор. Землевладельцы были очень щедры: они заплатили мне и моему другу, чтобы мы построили забор, и они покрыли затраты на внесение новой земли. В целом, строительство забора и внесение нового грунта обошлось примерно в 8000 долларов. К началу октября того же года все было готово к следующему сезону. После того, как мы счистили траву, я сформировал грядки и засеял их почвопокровной культурой осенней ржи. До следующей весны с недвижимостью ничего не произошло.
Позднее тем летом я хотел заняться сельским хозяйством, чтобы получить как можно больше практического опыта до зимы, но посеять я не мог так много в конце сезона.
Я слышал о группе из Виктории, Британская Колумбия, которую назвали Pedal to Petal, которая управляла службой по сбору компоста на великах; Меня вдохновило то, что они делали, поэтому я решил провести осень и зиму, делая что-то подобное, чтобы Я мог бы хоть кое-что узнать о компосте. Я пошел в кафе-мороженое в городе и спросил, могу ли я забрать все их ведра для отходов; они были рады отдать их мне, иначе пришлось бы платить за вывоз мусора. Я дал по ведру каждому из моих друзей и сказал: «Оставьте мне свои овощные обрезки, и я буду собирать их раз в неделю на своем велосипеде». Эта небольшая программа компостирования не заставила себя долго ждать. Я тратил около 20 часов в неделю, собирая, переворачивая кучи и находя сухой коричневый материал для них.
Кроме того, ресторан, в котором работал мой друг, был заинтересован в том, чтобы я тоже взял их объедки. Это было своего рода шагом на пути к знакомству с шеф-поваром, и это привело к еще большему количеству подобных отношений.
Осенью и зимой я каждую неделю проводил программу сбора компоста, и это делало меня довольно занятым, наряду с чтением книг о сельском хозяйстве и садоводстве. Окружающие быстро заметили, что на этом месте что-то происходит, и, прежде чем я узнал об этом, у меня было много людей, которые приходили задавать вопросы. Потом были местные газеты и радиостанции.
К октябрю того года, когда я еще даже не занимался технически сельским хозяйством, садовые клубы и школы просили меня прийти и рассказать о том, чем я занимаюсь. Я чувствовал себя немного странно по этому поводу, потому что я еще ничего не знал о практической стороне дела, но я полагаю
Теоретически я поступал верно, и я постоянно учился.
Так я стал разумно говорить о городском сельском хозяйстве и о том, что делаю, в основном потому, что мне приходилось много раз объяснять одно и то же. Примерно к концу зимы того же года я начал готовить рассаду, которую я выращивал для длительного сезона, например, помидоры, перец, лук и т. Д. Из-за всей движухи, которую я делал в течение шести месяцев, многие люди в городе узнали меня как городского фермера или парня-компостера.
К этому моменту я помню, что испытывал фазы беспокойства, потому что на самом деле я вообще не знал, что делаю. Я помню, как просыпался по ночам в холодном поту и думал: «Черт возьми, я действительно собираюсь это сделать? Все эти люди в городе думают Что Я великий городской фермер, но на самом деле я никогда в жизни полностью не выращивал ни один овощ.
Что, если я проиграю? Насколько это было бы неловко? »Я научился игнорировать эти негативные мысли и постоянно сохранял позитивный настрой. Я действительно следил за высказыванием «притворяйся, пока не сделаешь это»; это стало моей мантрой. Однако я очень много работал, чтобы постоянно узнавать что-то новое, и Я потратил много времени на поиск наставников в сообществе. Если бы не некоторые из опытных фермеров и садоводов в моем районе, все могло бы сложиться иначе.
Для меня было очень ценно поговорить с производителями, которые в производственном отношении действовали совершенно иначе, чем я, но чьи знания о растениях, циклах вредителей, плодородии почвы и даже жизни имели первостепенное значение для моего успеха на раннем этапе. Я постоянно пытался слушать, учиться и не бояться показывать свою уязвимость и задавать вопросы, которые я считал глупыми. Я всегда задавал вопросы и никогда не делал вид, что знаю ответы на все. Я до сих пор придерживаюсь этих ценностей. Это были вещи, которые я узнал во время велосипедного тура по западному побережью, и они были неоценимы для моего успеха в сельском хозяйстве и в жизни.

Уроки первых четырех лет жизни

В свой первый сезон фермерства я извлек ценный урок за первые три месяца, и я хочу преподать его вам, читатель. Не берись сразу с гектара! Начни с 1\4 акр(10 соток) или меньше! Я начал с 1\2 акра(20 соток). На самом деле я начал в том же году только с одним участком в 6000 квадратных футов(5,4 сотки), и мне следовало сохранить его на этом уровне. Одна из проблем для городского фермера заключается в том, что многим людям нравится идея, что, как только они видят вас за работой, земля прилетает сама. Именно это и произошло со мной. В период с ноября по март 2010 года в местных газетах было так много статей о том, чем я занимаюсь, что мне буквально раз в день звонили с предложениями земли. Это было абсолютно нелепо, и было так трудно не волноваться из-за этого, что В конце концов, я взял на себя слишком много. В тот сезон я занимался сельским хозяйством на семи участках земли, в целом - 1\2 акра.
Моя главная проблема в том году заключалась в том, что я не различал места в той степени, в какой должен был, и поскольку поездки в тот момент полностью приводились в действие педалями, я потратил много времени, путешествуя на велосипеде от участка к участку. Я также выращивал слишком много видов культур, и большинство из них практически не приносили прибыли. По большей части, нынешний сезон, оглядываясь назад, был успешным. Я заработал 22 000 долларов, работая с 15 мая по 31 октября. У меня также был один помощник, работавший почти полный рабочий день в этом сезоне. Это определенно был мой самый тяжелый год, и я работал почти 100 часов каждую неделю в течение всего года, даже после того, как закончился основной сезон.
В течение следующих двух лет общая площадь моей суши оставалась примерно такой же (20 соток), и у меня также был помощник на постоянной основе. Валовая прибыль фермы росла без увеличения земельного участка. В 2011 году я заработал $ 55 000 брутто на 20 соток, а в 2012 году я заработал 78000 долларов на менее чем 20 соток. С этого момента я начал понимать, что дело не столько в том, сколько земли я обрабатывал, а в том, какие культуры Я выростил и сбыл. В течение этих первых трех лет я всегда продавал в основном на фермерских рынках, но с годами все реже и реже. Я обнаружил, что распространение на несколько рыночных потоков, таких как подписка, поддерживаемое сообществом (CSA), фермерские рынки и рестораны, позволило мне продвигать намного больше продуктов, потому что то, что не продавалось через один рыночный поток Я мог бы продать через другой. Основным рыночным потоком, который начал развиваться на третьем курсе, были рестораны. Когда меня познакомили с одним поваром по имени Бернар Касавант, мой бизнес за месяц почти удвоился. Бернард был известным шеф-поваром в Британской Колумбии, и когда он начал покупать мои растюхи, его примеру последовало все больше и больше ресторанов. Это было захватывающее время, потому что в одном только его ресторане заказы иногда доходили до 1000 долларов в неделю.
В 2013 году я заключил партнерство с другом и объединил наши фермы. Он занимался сельским хозяйством в течение года. Вместе мы обработали 2,5 акра(1 га) и выращивали около 90 видов овощей. У нас был один участок (который раньше был его) в 2 акра(80 соток), а другой 1\2 акра состоял из всех моих городских участков, с одним пригородным участком через улицу от его участка в два акра. Это определенно был самый большой год с точки зрения продаж. Мы собрали около 130 000 долларов, но наши расходы выросли настолько, что в конечном итоге получить прибыль было трудно. В разгар сезона у нас было около восьми человек, работающих почти полный рабочий день, и ферма стала очень загруженной: слишком много менеджмента, слишком много урожая и слишком много земли. Наше партнерство закончилось после того сезона, и мы разошлись. В конце концов, у нас обоих все сложилось лучше по отдельности. Я повторяю урок, который должен был усвоить после первого года обучения: не бери на себя слишком много! Начни с малого и расти медленно!

Не будет частной собственности как в раю и при коммунизме, никаких границ между странами, и куда бы

Не будет частной собственности как в раю и при коммунизме, никаких границ между странами, и куда бы вы ни пошли, там будет еда

Вопросы и ответы на II Интернациональной Конференции по пермакультуре

Во время своего второго визита в Соединенные Штаты в 1986 году г-н Фукуока посетил встречу дизайнеров пермакультуры в горячих источниках Брейтенбуш в Орегоне. Затем последовала 2-я Международная конференция по пермакультуре, которая проходила в Государственном колледже Эвергрин в Олимпии, штат Вашингтон. В Брайтенбуше он наслаждался купанием в природных горячих источниках, пешими прогулками по возвышающимся лесам, Каскадным горам и болтовней с сотней других участников, приехавших со всего мира на эти два мероприятия. Он встретился с Биллом Моллисоном, создателем пермакультуры, и Алланом Сэвори, создателем «целостного управления ресурсами», в котором домашний скот используется как стада диких животных, чтобы обратить вспять опустынивание и восстановить пустыни и поврежденные пастбищные угодья. Сэнсэй также выступил с несколькими докладами и провел импровизированный семинар на месте заброшенного огорода.
Конференция в Олимпии была открыта для публики, и на ней присутствовало более 750 человек. В ходе двухдневного мероприятия состоялся ряд бесед и семинаров, а также восхитительная трехсторонняя дискуссия в главном зале между Биллом Моллисоном, Уэсом Джексоном, основателем Земельного института в Салине, штат Канзас, и Мистером Фукуока, которую он описывает в своей книге «Посев семян в пустыне». Г-н Фукуока также провел сессию вопросов и ответов, которая затронула широкий круг тем. Он начал с короткого заявления, а затем предоставил слово для вопросов: «Когда я начал заниматься сельским хозяйством сорок лет назад, у меня была одна из самых маленьких ферм в бедной деревне на юге Японии. Мой отец владел большой фермой, но Второй мировой войны земля была перераспределена, поэтому я начал с очень маленькой земли и очень маленьких денег. Я воспользовался государственной программой, которая позволила мне посадить деревья, и я смог очень дешево купить плохой фруктовый сад.
Теперь у меня есть плодородный цитрусовый сад с тысячами деревьев и кустарников всех типов. Я также выращиваю рис, ячмень, фрукты, ягоды и овощи. Я делал это, внимательно наблюдая за природой и подбирая растения, наиболее подходящие для этой местности. Природа показывала мне, что делать на каждом этапе пути. «Вы легко можете ошибиться, думая, что природа, которую мы видим сегодня, является изначальной природой местности.
Например, если вы посмотрите на зерновые поля Орегона или сельскохозяйственные долины в Калифорнии то они совсем не похожи на то, чем была изначально земля. Это скорее имитационная природа, созданная человеческой волей и человеческими действиями. Чтобы найти в этих местах первозданную природу, полезно посетить горные районы, такие как Олимпийские горы здесь, в Вашингтоне, или район вокруг горячих источников Брейтенбуш в Орегоне, а затем представить себе, какими должны были быть низины.
«Когда я приехал в Африку, было почти невозможно увидеть первоначальный ландшафт, поэтому было трудно решить, какие растения и когда сеять. Мне сказали, что много лет назад Сомали была засажена такими же лесами, как и штат Вашингтон. Сейчас Эфиопия почти полностью пустыня, но когда-то там были густые леса. Я решил посеять семена более ста видов овощей и более ста видов фруктовых деревьев и почвопокровных растений, заключив их в глиняные гранулы. Таким образом, всего за один год я мог увидеть, какие деревья и растения там будут хорошо расти.
Решая, какие деревья использовать, я предлагаю вам сначала обратить внимание на то, что растет в этой местности. Пальмы, папайя и банан привыкли к климату, поэтому они будут расти очень быстро, но цитрусовые и гранат, которые не являются родными для этой части Африки, также хорошо себя чувствуют в нынешних условиях и также должны быть включены. Рекомендуется сеять семена вместе одновременно. Деревья, овощи, почвопокровные растения и микроорганизмы, живущие вместе с животными - так устроила природа. Идея состоит в том, чтобы восстановить землю, чтобы природа стала цельной и все снова могло работать в гармонии.
«Вот еще одна идея для восстановления пустынь. Пустыня выглядит очень сухой, но есть вода и есть реки. Первое, что нужно сделать, - это создать зеленые пояса по берегам рек, используя деревья акации или другие быстрорастущие азотфиксирующие виды. Если вы посадите эти деревья перпендикулярно берегу и разместите их на расстоянии шестидесяти футов друг от друга или около того, вода будет просачиваться через корни одного дерева и переноситься к корням следующего.
Это создает своего рода систему орошения на основе растений, и территория вокруг деревьев становится влажной. Затем я сажал двадцать или тридцать разных деревьев и сеял семена других кустарников и овощей. Использование растений для строительства ирригационной системы намного эффективнее, чем строительство плотин и оросительных каналов.
«Теперь я хотел бы немного поговорить о своей философии, а затем мы можем перейти к вашим вопросам. Естественное земледелие не отделяет почву от растений, воды или животных. Деревья, травы, животные, микроорганизмы, даже небо и горы - все это части одной «большой жизни». Все живо и существует как одно тело. Я мог бы потратить целый день на разговоры о характеристиках акации. Я мог бы говорить о клевере целую неделю, но это не дало бы вам ни малейшего представления об их сущности или о том, как они вписываются в замысел природы.
Ученые полагают, что в конечном итоге они придут к пониманию того, как работает природа, изучая ее части. Генетик видит дерево с точки зрения генетики, почвовед - с точки зрения почвы, ботаник - с точки зрения биологических наук и так далее. Но чем более специализированным становится знание, тем дальше оно от истины. «Пару месяцев назад ко мне на ферму пришли профессора университета и попросили помочь им с исследованием, которое они проводили. Они хотели посадить фруктовые деревья естественным способом, но сначала им нужно было составить отчет, чтобы помочь им решить, как лучше это сделать. Сотни тысяч долларов были отложены на это исследование, которое, по их оценкам, займет двадцать лет. Отчет должен был называться «Исследование преимуществ и методов посадки Фруктовых деревьев среди широколиственных деревьев на бедной почве ».
Они планировали изучить температуру, влажность, свет, состояние почвы и все остальное, о чем они могли подумать. Конечно, пока они учатся, почва продолжает разрушаться, а химикаты разбрасываются повсюду. К тому времени, когда они закончат, весь мир может исчезнуть. «Мне потребовалось двадцать лет, чтобы научиться выращивать растения естественным способом, но к концу этого времени у меня была плодородная почва, фруктовые деревья, высокие акации, сосны, кустарники, ягоды, смешанный почвенный покров с бегающими повсюду цыплятами. Все, что нужно было сделать этим ученым, - это наблюдать, как я разбрасываю семена. Они могли бы узнать все, что им нужно, всего за один год ».
В: (из зала) Вы много говорили об использовании белого клевера для улучшения почвы. Почему вы используете белый клевер вместо других видов клевера?
О: Я пробовал много разных сортов клевера и обнаружил, что белый клевер мне больше всего подходит. Корни образуют подушку в нескольких сантиметрах верхнего слоя почвы, поэтому ростки сорняков, поднимающиеся снизу, не могут пройти сквозь них, а семена, выдуваемые ветром, также с трудом прорастают. Красный клевер становится таким высоким, что мешает овощам. Если вы посмотрите на поле красного клевера, оно покажется плотным, как и у белого , но это отдельные растения, поэтому сорняки могут пробиться между ними. Однако, как и все остальное, единственный способ узнать, какой клевер подойдет для того места, где вы живете, - это попробовать посмотреть, что получится.
Лучшее время для посева клевера - поздняя весна или ранняя осень. Я использую только горсть, может быть, четверть фунта(110 Г) на четверть акра(10 СОТОК), но вы можете использовать больше, если хотите. Вам нужно будет снова сеять клевер каждые четыре или пять лет, чтобы он оставался сильным. Я не пытаюсь уничтожить сорняки, просто поддерживаю их баланс с другими почвопокровными растениями. У меня повсюду в саду и на рисовых полях моей фермы растет белый клевер.
В: Вы также много говорите об акации. Мы не можем выращивать акации здесь, в
Вашингтоне, потому что слишком холодно. Что мы должны использовать вместо этого?
A: Я видел десять или двадцать видов деревьев, когда просто гулял по лесу последние несколько недель, и они тоже работают как сидераты. За исключением ольхи и черной акации, я не знаю их имен, но по форме вижу, что с ними все будет хорошо. Подойдет любое азотфиксирующее дерево, которое легко растет, но его корни должны расти глубоко, а не распространяться по поверхности; иначе они будут мешать овощам. Конечно, они по-любому полезны для почвы.
В: Вы собираете много риса и отправляете так много мандаринов на продажу. Разве это не истощает землю?
A: Вовсе нет! Фактически, почва становится богаче с каждым годом, потому что у меня есть непрерывный почвенный покров, обогащающий почву, поднимая питательные вещества из глубины и откладывая их на поверхности. Я беру только семена и плоды.
Все остальное возвращается обратно в поля. Это все равно, что делать компост прямо в почве, но без работы.
Кажется, все любят компост. Органическое земледелие и традиционное японское сельское хозяйство полностью основаны на компостировании. Людям нравится компост, потому что он очень быстрый. Вы можете получить концентрированное удобрение за несколько недель. Если срезать траву и сорняки и оставить их на поверхности, они могут разложиться лишь через пять или шесть месяцев, но это естественный способ, и в долгосрочной перспективе он работает лучше. Желание сделать концентрированный компост так быстро - это тот же образ мышления людей, которые хотят ездить на быстрой машине вместо ходьбы или езды на велосипеде. К тому же с компостом это можно делать только тогда, когда вы молоды и полны сил. бросить семена, срезать сорняки и дать им упасть на землю может любой, даже пожилой человек. Те из вас, кто любит работать только ради работы, делайте компост. Я не против.
В: Что вы делаете с отходами с кухни?
A: Я возвращаю их обратно в почву. Все возвращается, я просто не стал сначала превращать их в компост. Я закапываю их чуть ниже поверхности. Один раз я положил сюда, а другой - туда.
В: Вы делаете то же самое с человеческими отходами? Разве это не распространит болезни?
A: Да, я просто разложил говно по саду, здесь и там. Если у вас есть свиньи, они будут копаться вокруг и находить его, есть, а затем куры и другие птицы будут есть свиной навоз, а микроорганизмы разлагать птичий навоз. Через несколько дней все исчезает и не пахнет. Природа предоставляет идеальную систему для поддержания чистоты земли. Люди думают, что природный мир грязный и полон микробов. На самом деле это самое чистое место из всех.
Проблемы с болезнями возникают, когда люди, крупный рогатый скот или рыба собираются вместе в одном месте. Затем навоз накапливается, что приводит к загрязнению и болезням. Считаю человеческий навоз подарком Будды.
В: Как вы приступаете к натуральному земледелию?
A: Перестань так много думать. Сделай свой ум похожим на ум младенца. Они видят мир напрямую, без различий и суждений. Когда вы выходите на улицу с ясным умом, деревья и растения кажутся такими красивыми. Чем меньше думаешь, тем красивее становятся вещи. Когда вы смотрите глазами, вы можете видеть только поверхность. Когда вы смотрите своим сердцем, вы можете видеть все. Об этом знали в древности. Мы просто забыли. Природа не забыла человечество, но человечество забыло Природу.
В: Вы координируете свою сельскохозяйственную деятельность с фазами луны или положением планет?
A: Земля и сами семена знают правильное время для всего.
Посадка по фазам луны - идея интеллектуальная. Это придумали люди, поэтому я ей не пользуюсь.
В: Многие люди обрезают декоративные растения и даже некоторые многолетние овощи осенью, чтобы они росли более энергично весной. А вы?
О: Я бы отнес эту практику к категории садоводческих уловок. Я позволяю растениям, даже коммерческим цитрусовым деревьям, вырасти до своей естественной формы.
Обрезка растений и фруктовых деревьев действительно предназначена для того, чтобы растения подчинялись воле человека. Это напрямую связано с менталитетом, который считает, что природа существует исключительно для использования и блага человека. Если вы последуете этому образу мышления, следующее, что вы скажете: «Я хочу вырастить такое растение» и «Я хочу вырастить другое растение», даже если оно из другой местности и требует особого ухода, чтобы выжить.
Все начинается с желания, с мысли, что ты чего-то хочешь. Вот пример. Один молодой японец жил на моей ферме более трех лет, чтобы изучать естественное земледелие. Позже он приехал в Калифорнию с идеей сделать ландшафт зеленым. Он пытался выращивать рис на сухом склоне холма в Прибрежном хребте, где почти не было воды. Он потерпел неудачу, потому что решил, что хочет выращивать рис, не посоветовавшись предварительно с духом земли и не спросив, чего он хочет. Первый вопрос, который вам следует задать, когда вы приедете на участок земли: «Что нужно земле?», А не «Что я хочу здесь выращивать». «Как я могу служить природе» вместо «Что я могу получить от природы?»
В: Вы выращиваете все деревья из семян или некоторые из них прививаете?
О: С точки зрения естественного земледелия лучше всего выращивать деревья из семян, но я также использую привитые растения для коммерческого производства мандаринов. Если вы выращиваете фруктовые деревья из семян, качество плодов не всегда бывает достаточным для продажи, но оно помогает поддерживать генетическое разнообразие сада и дает очень необычные плоды всех размеров и форм.
Я вижу новые и неожиданные чудеса каждый раз, когда иду по саду. Это одна из радостей жизни в месте, где природа может свободно выражать себя. Выращенные из семян саженцы становятся великолепными деревьями естественной формы. Большая часть плодов остается неубранной, но они становятся пищей для птиц и других животных, а затем - для микроорганизмов. Знаете, я не выращиваю еду только для людей.
В: Я селекционер из Новой Зеландии и провожу много времени, выбирая деревья, выращенные из семян. Можно ли каким-либо образом выбрать дерево по характеристикам, которые сделают его пригодным для естественного или устойчивого сельского хозяйства?
О: Если вы просматриваете саженцы в поисках определенных характеристик, даже если они являются характеристиками, которые делают их более подходящими для естественного земледелия, вы все равно будете сознательно делать выбор, используя свой различающий ум. Лучше посадить семена и просто наслаждаться, наблюдая, как разворачивается замысел природы.
В: Можете ли вы заниматься естественным земледелием в саду на заднем дворе?
A: Да, можно. Естественное земледелие - это на самом деле состояние ума. Это жизнь и выращивание пищи ради природы, ради богов. Я посетил огород с парнем по имени Катсу всего несколько дней назад в Горячих источниках Брейтенбуша. Катсу посадил там огород и ухаживал за ним в течение года, но ему пришлось отказаться от него на несколько лет, пока он уехал жить в другое место. Он впервые увидел сад после своего отъезда.
Он был смущен, потому что сад казался ему заросшим .
Большинство людей сочло бы, что некоторые части сада выглядели довольно хорошо, но другие участки выглядели не так хорошо. Они видят хорошие растения и плохие растения, хороших насекомых и плохих насекомых; они видят сорняки отдельно от овощей и птиц - от мышей, сусликов и дождевых червей.
Когда боги смотрели на сад Кацу, они не видели ничего из этого.
Они видели все сразу, не осуждая.
Собственно, с садом все было в порядке. Изначально сад создавали люди ради себя. С тех пор природа и боги работают вместе в своего рода партнерстве. Все, что нужно сделать садовнику, - это присоединиться к нему. Самый простой способ сделать это - очистить свой разум и действовать в духе смирения и благодарности. Природа хочет работать с нами, если мы только позволим.
Некоторые люди спрашивали меня, можно ли использовать натуральное земледелие для выращивания овощей в промышленных масштабах, но это не лучшее применение. Не то чтобы это невозможно сделать, просто это не соответствует самой идее. Чтобы сделать его экономически рентабельным, фермеры начинают думать, что было бы эффективнее сеять рядами; затем они начинают обрезку деревьев, чтобы было легче собирать плоды. Очень скоро они снова задаются вопросом: «Что я могу получить от природы и как я могу сделать это наиболее эффективно». Тогда это уже не естественное земледелие.
В: Расскажите немного об экономике вашей фермы. Вам удалось зарабатывать на жизнь только сельским хозяйством?
Ответ: Я не стал богатым, но зарабатываю прилично. Я отправляю в Токио тысячу ящиков натуральных мандаринов каждый месяц примерно шесть месяцев в году. Каждый ящик весит пятнадцать килограммов (тридцать три фунта). Они немного малы (без обрезки) и имеют несколько пятен на коже, но это самые вкусные апельсины на рынке. К тому же они самые дешевые. Фрукты и овощи, выращенные естественным путем, должны быть недорогими, потому что для этого требуется очень мало работы и почти нет накладных расходов.
Цена, которую я беру за них, отражает это. Я также слежу за тем, чтобы владельцы магазинов не прогоняли покупателей высокой наценкой. Это было бы несправедливо, и у людей создалось бы впечатление, что производство натуральной пищи - дорогое удовольствие. Я также продаю большую часть выращиваемого мной риса и ячменя. Я стараюсь продавать свою продукцию в городах, потому что многие люди там никогда не пробовали аромата выращенных в естественных условиях продуктов.
Фермеры в Японии пытаются зарабатывать около пятидесяти тысяч долларов каждый год. Это их цель с одного(40 соток) или двух акров(80 соток). Мелкие органические фермеры в США имеют больше земли, но я не уверен, что они зарабатывают намного больше, чем японский фермер, а может быть, даже меньше.
В: Сегодня в мире так много проблем, что иногда это кажется непреодолимым. С чего бы вы снова начали все исправлять?
О: Я отвечу на этот вопрос так же, как я ответил на вопрос о том, как следует начать заниматься натуральным земледелием: хватит так много думать. Сегодняшние проблемы - разрушение природы, непрерывные войны, перенаселение, болезни, тревога, депрессия - все это результат того, что люди отделяют себя от природы и пытаются улучшить ее. Это закрывает им доступ к источнику истинного знания и истинной мудрости, поэтому проблемы, которые мы видим в мире, неизбежны. Люди чувствуют, что они могут отлично продвигаться в этом мире, используя свой интеллект, и смотрят на беспорядок, который они создали. Пока люди не перестанут руководствоваться своим интеллектом, эти проблемы не исчезнут; фактически, они будут продолжать ухудшаться.
Если мы вернемся к тому прежнему состоянию ума и будем жить за счет естественного земледелия, то есть позволяя природе выращивать пищу и поддерживать здоровый баланс, во всем мире будет мир, а все другие проблемы исчезнут. Не будет частной собственности как в раю и при коммунизме, никаких границ между странами, и куда бы вы ни пошли, там будет расти еда. Это не сон. Это действительно может произойти, но общество должно решить, что именно в этом направлении они хотят двигаться. Ни один человек не может добиться этого, но любой может сделать это в своей жизни.
Г-н Фукуока передал управление своей фермой своему сыну, когда ему было за восемьдесят, но он продолжал путешествовать и вести беседы, пока не стал слишком слаб, чтобы продолжать. Он мирно скончался в своем доме 16 августа 2008 года в возрасте девяноста пяти лет. Это было во время праздника Обон, когда предки приезжают на три дня в гости к живым. Вечером третьего дня предки возвращаются с песнями, танцами и салютом. Фукуока-сенсей умер в третью ночь Обона.
Хотя я не возвращался в Японию с 1976 года и лично не встречал снова господина Фукуока после его второго визита в Соединенные Штаты, я продолжал поддерживать связь с ним и моими друзьями в Японии. Ферма в Шузане была превращена в Центр изучения буддизма и моих друзей попросили уйти.
Билл, Хироко и трое их детей переехали в Санта-Круз, Калифорния, как и другие друзья из Киото и сообщества бузоку. Мы по-прежнему собираемся каждый год в государственном парке секвой, чтобы отметить традиционный японский Новый год. Мы делаем рисовые арики моти, растирая пропаренный клейкий рис большими деревянными молотками, поем песни, пьем чай и просто наслаждаемся тем что снова вместе.
После того, как «Революция одной соломинки» была опубликована, я выполнял различные работы, большинство из которых были связаны с работой в питомнике, и путешествовал с места на место, посещая фермы и сельские районы Калифорнии и Тихоокеанского Северо-Запада. В 1982 году я работал с Tilth, сплоченной группой органических фермеров и активистов на Северо-западе, над книгой под названием «Будущее изобилует», которая была практическим руководством по применению естественного земледелия и пермакультуры в регионе. В конце концов я стал родителем и домохозяином в Окленде, штат Калифорния.
Тогда я занимался благоустройством жилых домов, в основном переделывал жилые дворы. Я всегда пытался побудить своих клиентов принимать экологически обоснованные решения, но все же это было далеко от естественного земледелия. Когда моя дочь окончила среднюю школу и поступила в колледж в Колорадо, я уехал из города в небольшой городок на юге Орегона, где я живу сегодня.
Все это время я проводил лекции и семинары о мистере Фукуоке и его способах ведения сельского хозяйства. Всегда было много вопросов, большинство из которых касалось методов ведения сельского хозяйства, но некоторые из них касались философии, которая напомнила мне те же вопросы, которые я задавал себе, когда жил в горах, и в течение некоторого времени после этого.
Еще одна вещь, которая часто озадачивает людей, - это вопрос о том, где естественное земледелие сочетается с другими формами сельского хозяйства: является ли это примитивной формой сельского хозяйства? Ответвлением традиционного японского сельского хозяйства? Экологической формой органического земледелия? Некоторые даже считают его предшественником пермакультуры.
Когда я впервые понял ответ на этот вопрос, все стало для меня на свои места. Все дело в культуре. Естественное земледелие по методу ничего-не-делания почти идентично способу, которым до появления современной цивилизации коренные жители жили по всему миру. Я также пришел к пониманию того, как г-н Фукуока мог так высоко отзываться о традиционных деревенских фермерах в Японии и при этом так резко критиковать их методы ведения сельского хозяйства. Он также критиковал органическое земледелие и пермакультуру, что сначала удивило меня, но теперь я понял, почему. В следующих трех главах этой книги естественное земледелие сравнивается с этими другими формами сельского хозяйства и их культурным происхождением в надежде пролить свет на то, что на самом деле представляет собой натуральное земледелие.

Ларри Корн - Рисовые поля

Ларри Корн - Рисовые поля

Местность рядом с хижиной, где мы жили с Ю-сан, иногда называли «Даунтаун», потому что там была кухня, курятник, сарай для инструментов и цистерна, и отсюда пролегала дорога к рисовым полям и деревня началась. Однажды утром мы сидели перед хижиной, обрабатывая урожай адзуки и соевых бобов, когда появился Сэнсэй с командой местного телевидения. Они собирались написать рассказ о мистере Фукуоке, в том числе отрывок, в котором он объясняет своим ученикам разницу между естественным и традиционным сельским хозяйством. Они сказали, что это займет всего двадцать или тридцать минут. Сэнсэй принес с собой сложную схему, которую он назвал «Мандала естественного земледелия». На ней были спиральные рукава, выходящие из центра, что делало ее похожим на ветвящиеся рукава живого организма.
Группа нашла живописное место, установил несколько фонарей на батарейках и проверил звуковое оборудование. Когда они были готовы, они указали на Сэнсэя и тихо сказали: «Вперед!» Сэнсэй начал с того, что указал на центр диаграммы, сказав, что он представляет источник, неподвижный центр. Он был помечен иероглифом mu. Далее он сказал, что мир вращается из центра по постоянно расширяющейся спирали. «Люди пришли к выводу, что больше, больше и быстрее - лучше, но это только идея современной цивилизации. Такой образ мышления мотивирован прежде всего жадностью и желанием материальных благ. «У нас должен быть прогресс», - говорят они. «Без прогресса нет смысла», но так ли это на самом деле? По мере того, как мы удаляемся от центра, который является природой, по мере приближения к пределам роста, все начинает разделяться и распадаться, и единство и спокойствие неподвижного центра теряются. В то же время некоторые люди реагируют на это и чувствуют необходимость вернуться к источнику.
Они хотят жить и радоваться более простой жизни - «Cut!»
Сначала микрофон не работал. Потом это была камера. Когда режиссер решил, что все готово, он отвел Сенсея в сторону и попросил его вспомнить, что фильм предназначен для широкой аудитории, поэтому, пожалуйста, сделайте сообщение более понятным для обычного человека. Сэнсэй пообещал, что будет.
Они попробовали снять еще раз. Сэнсэй продолжил именно там, где остановился, но снова возникли технические проблемы. Вскоре ситуация превратилась в фарс, когда что-то шло не так, как надо, поэтому им приходилось снимать интервью снова и снова. Нам понравилось отвлечение, но через несколько часов Сэнсэй разрешил нам вернуться к работе, а он продолжил с ними.
Мы встретились в конце дня и сказали ему, как нам плохо оставить его одного, чтобы иметь дело с представителями СМИ. Сэнсэй улыбнулся и поблагодарил нас за заботу, а затем сказал: «Я живу здесь более тридцати лет, и никто никогда не приходил сюда и, кажется, не заботился. И вдруг все хотят увидеть, что я делаю. Возможно, мы подошли к концу периода расширения и вступили в новую эру спада. Во всяком случае, я на это надеюсь. По крайней мере, у вас была возможность поработать и повеселиться часть дня ». В конце концов, программа вышла в эфир и получила хороший отклик.
В другой раз я спросил Сэнсэя о его отношениях с другими фермерами в этом районе и почему никто в его деревне не пробовал заниматься естественным земледелием.
Он сказал, что его общение с соседями было сердечным, но когда они встречались друг с другом по пути в поле, их разговор обычно был поверхностным, как разговор о погоде. «Когда фермеры проходят мимо моих полей, они видят их, но делают вид, что их нет. Они понятия не имеют, что я делаю, и не хотят спрашивать меня об этом. Я полагаю, некоторые видели фотографии моего сада в газетах и по телевидению, но никто никогда не просил меня показать их ». Г-н Фукуока не стал изо всех сил пытаться объяснить, что он с ними делал. Он никогда не выступал с публичными выступлениями в деревне или в соседнем городе Иё.
Он сказал, что он и его соседи пошли разными путями. Для типичных фермеров нет ничего важнее стабильности, поэтому они используют методы, которые известны своей надежностью. Если у фермеров плохой год, последствия ощущаются надолго. Если это продлится два или три года, они могут не иметь возможности производить выплаты по своим кредитам. В старые времена один-два неурожая означали, что люди голодают.
Г-н Фукуока использовал другой подход, испробовав все виды нетрадиционных методов выращивания. Он никогда не делал одно и то же дважды. Его поля были полны сорняков, клевера, насекомых и соломы, что было непонятно другим фермерам, привыкшим к порядку выращивания растений в стерильных контролируемых условиях.
Кроме того, г-н Фукуока имел заметно неравномерную урожайность, пока он разрабатывал свой метод, включая несколько лет, которые большинство фермеров сочли бы полным провалом. «Фермеры здесь перестраховываются, следуя указаниям государственного сельскохозяйственного кооператива. Он говорит им, какие сорта и когда сажать, какие удобрения использовать и в каких количествах, какой тип пестицидов использовать и когда опрыскивать. Они ничего не сделают, если это не будет тщательно проверено на экспериментальной станции и затем рекомендовано кооперативом. Я не сомневаюсь, что если бы мой метод был протестирован и одобрен, фермеры по всей стране попробовали бы его, но те немногие тесты, которые проводились, всегда добавляли научные модификации, и исследователи быстро потеряли интерес.
Это неудивительно, потому что натуральное земледелие, в котором не используются машины и химикаты, находится в прямом противоречии с политикой Министерства сельского хозяйства по поощрению индустриального сельского хозяйства. Без официального разрешения фермеры не поверят, что можно выращивать урожай так, как я ».
При жизни г-на Фукуоки натуральное земледелие рассматривалось сельскохозяйственным истеблишментом не столько как диковинка, сколько как угроза. Оно никогда серьезно не исследовалося, отчасти потому, что, если бы естественное земледелие было доказано с точки зрения научных стандартов, оно продемонстрировало бы не только то, что обычное сельское хозяйство фактически не было единственным правильным способом ведения сельского хозяйства, но также и то, что это было даже не лучшим способом . Это поставит под сомнение их предположения. Мистера Фукуоку критиковали не за то, что он был неправ, а за то, что он отличается от других, а быть другим - это не то, что сельскохозяйственная ортодоксия Японии может терпеть.
Через несколько дней мы работали на рисовых полях. Сэнсэй подошел и сказал, что хочет нам кое-что показать. Пока мы шли через поля, зеленые пятнистые лягушки, мотыльки, сверчки, стрекозы и пауки ожили. Ящерицы, мыши и змеи носились по поверхности почвы, а внизу прятались кроты, суслики и дождевые черви. Мы последовали за Сэнсэем на относительно большой участок поля, где цикада по имени унка, крошечная цикада, испортила большую часть урожая, размножаясь у основания растений и высасывая сок растений. То тут, то там в других частях поля были небольшие участки с похожими повреждениями.
«Это насекомое считается самым опасным вредителем в рисоводстве», - сказал он. «Все остальные опрыскивают четыре или пять раз в течение вегетационного периода, чтобы контролировать его, но я не против, чтобы оно было на моих полях. Оно прореживает самые слабые растения и пропускает больше солнечного света на другие. Я не думаю, что это сильно снижает урожайность, может даже увеличить, насколько я знаю, но это никогда не выходит из-под контроля. Поблизости обитает так много других насекомых, что, когда популяция унки растет, растет и популяция его хищников. Природа обеспечивает мне все необходимое для борьбы с насекомыми ».
Пока мы продолжали идти, Сэнсэй с гордостью указал на некоторые болезни растений, которые также нашли свой дом в рисовых растениях, в основном это различные формы грибов. «Этот, - он указал на ярко-оранжевый гриб, растущий на одном из листьев, - называется инэ кодзи байо [болезнь закваски риса]. Вы можете взять его прямо с поля и использовать в качестве закваски для приготовления соевого соуса или мисо. Растения достаточно сильны, чтобы переносить его большую часть времени ».
Он показал нам, как рассказать историю вегетационного периода, глядя на узлы одного растения, а затем продолжил объяснение, как новые сорта риса появляются на его полях без его участия. «Кузнечики и цикады делают маленькие дырочки в рисовых зернах, когда развиваются колосья, а затем улитки, слизни и совки съедают их до тычинок, когда они ползают по ним ночью.
Пыльца, переносимая ветром, прилипает к цветкам, создавая перекрестное оплодотворение. Обычно считается, что рис является самоопыляющимся, но он также может опыляться другими растениями, что создает новые сорта. Раньше я сам выводил новые сорта, но теперь не заморачиваюсь. Это естественное перекрестное оплодотворение невозможно на обычных полях, потому что опрыскивание происходит постоянно ».
Затем мы подошли к краю одного из тех обычных полей. Он вырвал одно из растений, а затем выкопал одно со своего поля, чтобы показать нам разницу в корневой системе. Корни с поля его соседа были маленькими, неглубокими, немного слизистыми и имели темный цвет; те, что с поля Сенсея, были очень длинными, толстыми и с большими белыми ветвями. Объем корней у растений Сэнсэя выглядел примерно в четыре или пять раз больше. «Рис можно выращивать на затопленном поле, но не обязательно; на самом деле он лучше растет без затопления. Люди начали заливать поля сотни лет назад в основном для борьбы с сорняками. К настоящему времени они забыли, зачем они это делают, думая, что они должны это сделать, чтобы получить урожай. Один взгляд на корни этих растений должен быть всем, что вам нужно знать о том, какой метод предпочитает рисовое растение.
Корни крупнее и крепче, потому что они должны глубоко расти, чтобы найти воду. Кроме того, они питаются микроорганизмами в почве и имеют доступ к большему количеству кислорода и микроэлементов. Растения, почва и микроорганизмы образуют священный союз ».
Г-ну Фукуоке пришла в голову идея выращивать рис, когда он случайно проезжал мимо рисового поля, которое недавно было убрано. Там он увидел саженцы риса, добровольно выросшие среди сорняков и соломы. С этого времени он перестал пахать, перестал затапливать рисовые поля, а весной перестал выращивать рассаду в заложенной грядке, а затем пересаживать молодые побеги на основное поле. Вместо этого он высыпал семена прямо на поверхность поля осенью, когда они, естественно, упали бы на землю. Он научился бороться с сорняками, разбрасывая солому и выращивая постоянный почвенный покров из белого клевера. Когда мы смотрели на созревающее поле риса, Сэнсэй сказал: «Большинство фермеров считают, что они несут ответственность за выращивание урожая, но я не выращивал этот урожай риса. Только природа может создавать и выращивать урожай.
Красные паучьи лилии * только начали цвести на дорожках между рисовыми полями. Когда появляются эти цветы, какими бы жаркими они ни были, это знак того, что наступает осень. Скоро начнется сбор риса. Мы остановились, чтобы попробовать инжир с дерева, растущего рядом с тропой, на обратном пути к горе.
По вечерам было прохладно, и листья и ветки начали скапливаться на поверхности пруда.

* Хиганбана, или «цветок равноденствия» по-японски.

До сбора урожая на рисовых полях оставался всего один полный рабочий день, и фруктовый сад был в довольно хорошем состоянии, так что Сэнсэй дал нам редкий выходной. Это было такое замечательное событие, что после завтрака мы сидели и смотрели друг на друга, не зная, что делать. Гаки-сан, приехавший сравнительно недавно, и я решили прогуляться до побережья примерно в пяти милях отсюда. Некоторое время мы шли по жаркой пыльной дороге, заполненной семьями, отправлявшимися на воскресную экскурсию, а затем прошли по тропинкам через рисовые поля. . Мы избегали полей, на которых фермеры опрыскивали свой урожай. Когда мы наконец добрались до побережья, мы увидели, что вода слишком загрязнена, чтобы в ней купаться.
Вдоль берега валялись груды старых рыболовных сетей, бутылок саке и мусора, а также гниющие рыбацкие лодки, которые больше не выходили в море, потому что вода была выловлена давно.

Это было удручающе.

Мы решили зайти в лапшу на обед. Гаки-сан кое-что вспомнил - Сэнсэй говорил несколько дней назад: «Люди говорят, что мы живем в мире фантазий здесь, на горе, но мне кажется, что они живут во сне. Зайдите как-нибудь в типичную лапшичную и осмотритесь.
Из музыкального автомата или телевизора доносится музыка, на стене висят меню, в углу в клетке сидит канарейка, а люди в накрахмаленных рубашках и галстуках сидят под неоновыми лампами и прихлебывают лапшу. Это самая повседневная сцена, правда? Что ж, я думаю, что то, что большинство людей считает «повседневным» и «нормальным», является самой странной реальностью из всех ». Мы засмеялись, когда мы оглянулись и поняли, что сидим в той самой лапшеской!
Немного приподняв настроение, мы направились обратно на ферму. Гаки-сан сказал: «Знаешь, Ларри-сан, это был действительно не такой уж плохой день. Помните, какой очаровательной была эта молодая девушка, когда она улыбалась и махала нам рукой, проезжая мимо на своем велосипеде? А змея, которую мы видели плывущую в оросительном канале со стрекозой на голове? Одних этих вещей было достаточно, чтобы сделать этот день приятным для меня ». Было темно, и мы уже устали к тому времени, когда вернулись. Было так хорошо быть дома.

Революция одной соломинки

Сбор риса начался. Специальным зубчатым серпом срезаем травы и оставляем их на несколько дней на поле для просушки. Соседи вешали рис на деревянные решетки, чтобы убрать его с илистой земли, но поля Сэнсэя уже были засыпаны озимым ячменем, поэтому мы просто разложили рис по нему. Когда урожай высох, мы обмолотили зерно с помощью вращающегося барабана с ножным приводом и проволочными колышками на нем. Затем мы посеяли урожай риса следующего года вместе с семенами клевера и разложили неразрезанную рисовую солому по полю. При этом молодые растения ячменя вытаптывались, но быстро восстанавливались.
Однажды днем, когда мы обмолачивали рис во дворе его дома в деревне, Сэнсэй вышел из дома с широкой улыбкой на лице. Он держал в руках копию японского издания «Революции одной соломинки», которую он только что получил от своего издателя. Прочитав книгу, мы с Цуне-сан решили перевести ее на английский и попытаться опубликовать в Соединенных Штатах. Ни у кого из нас не было опыта издания, редактирования или перевода, но мы чувствовали, что важно сделать точку зрения Сэнсэя и его пример жизнеспособной системы органического земледелия с нулевой обработкой почвы доступными для людей за пределами Японии.
Это было еще до текстовых процессоров или персональных компьютеров, поэтому первое, что нам нужно было сделать, это привести старую пишущую машинку, которую мы нашли в одной из хижин, в рабочее состояние. У нее не было ленты, не хватало нескольких ключей, и у каретки была раздражающая привычка заедать на обратном пути. Я несколько раз ездил на поезде в город Мацуяма, чтобы отремонтировать ее, обычно останавливаясь по пути, чтобы посетить замок Мацуяма и близлежащие общественные горячие источники.
Мы заручились помощью Криса Пирса, друга, которого я встретил, когда мы жили вместе в ашраме на Суваносе. Крис вырос в Японии и умел читать и говорить Свободно по японски. Он дал нам дословный, первый черновой перевод. Крис не был фермером и никогда не был на ферме г-на Фукуока, поэтому некоторые разделы рукописи было трудно понять. Мы были благодарны за перевод , но впереди было еще много работы.
К тому времени мы были в середине четырехмесячного урожая цитрусовых, моего любимого времени года. Мы забирались на деревья или использовали лестницы, собирали фрукты и складывали их в ведра, которые мы тащили с собой. Когда ведра наполнились, мы засыпали их в ящики, а затем загрузили ящики в кузов небольшого пикапа, который курсировал между садом и сортировочным сараем в деревне. Большинство фруктов считалось приемлемым для перевозки, даже если на них было несколько пятен. Те, которые были серьезно ушиблены, были помещены в отдельную зону и отправлены в местный кооператив, где из них был приготовлен сок. Одна из вещей, которые мне нравились в сборе мандаринов, заключалась в том, что они росли на деревьях. Было весело, и нельзя было не заметить красоту зеленых листьев, апельсиновых фруктов и голубого неба. Другая - дух товарищества. Поскольку это была такая большая работа, жена сенсея Аяко-сан; его сын Масато-сан; Жена Масато, Риеко-сан; и несколько других жителей деревни также приняли участие. Это облегчило работу, и мы все наслаждались вливанием новых личностей, новых историй и новых шуток. Никто никогда не чувствовал спешки; работа шла ровно, с регулярными перерывами на чай и закуски. Было приятно оглянуться назад в конце дня и увидеть, как много мы достигли.
Пока мы работали, мы с Цуне-сан почти непрерывно обсуждали рукопись и вопросы, которые у нас были по ней. Во время перерывов я записывал эти вопросы в небольшой блокнот на спирали, который я носил с собой. Затем, проработав весь день, мы встречались с Сэнсэем несколько раз в неделю, чтобы прояснить эти отрывки. Иногда собрания проходили в гостиной Сэнсэя в деревне, но чаще они проходили в сортировочном сарае, который находился через дорогу. «В чем именно был смысл этой истории? Какие семь трав Весны? Как узнать, когда сеять семена овощей весной и осенью? Вы действительно имели в виду это буквально, или вы просто пытались помочь людям взглянуть на вещи по-другому? »Иногда наши обсуждения уходили далеко в ночь.
Мы также говорили о различиях между японским и английским языками и различиях между восточными и западными читателями. Например, японский способ рассказать историю или создать сложный аргумент отличается от подхода, который обычно используется в английском языке. В японском языке автор обычно начинает с вывода рассказа или с точки зрения аргумента, затем предлагает анекдоты или аргументы в поддержку темы, которая каждый раз переформулируется. Этот круговой стиль вскоре может стать утомительным для западных читателей, которые привыкли к более линейному подходу, который имеет начало и ведет прямо, шаг за шагом, к заключению. Мы согласились с тем, что важно изменить структуру некоторых разделов книги, чтобы они были такими же ясными и естественными для англоязычной аудитории, как оригинал для японцев.
Также потребуются сноски для объяснения терминов и выражений, которые требуют культурного контекста, с которым англоязычные читатели могут быть не знакомы, а также введение. Когда мы наконец получили рукопись, которой все остались довольны, мне было поручено отвезти ее в Соединенные Штаты, чтобы найти издателя.
Мне было немного грустно, когда я в последний раз шел по извилистой дороге с горы, но я был в восторге. Два года, которые я провел на ферме, изменили меня. В тот момент я чувствовал себя самым счастливым человеком в мире.
Мистер Фукуока встретил меня во дворе своего дома. Мы смеялись и разговаривали, и он пожелал мне всего наилучшего. Затем я накинул рюкзак на плечи и направился к вокзалу.

Ларри Корн - Садовый дизайн и сидбомбы

Ларри Корн - Садовый дизайн и сидбомбы
Через несколько дней Сэнсэй подошел к горе с большим количеством семян. Он созвал нас вместе на поляне с видом на один из террасированных склонов холмов. «Сегодня я подумал, что мы поговорим о структуре фруктового сада, а во второй половине дня мы поместим некоторые из этих семян в глиняные гранулы *. Расположение этого сада идеально подходит для естественной фермы», - начал он. «в предгорьях хорошая погода и мало опасности наводнения. В окружающих лесах растут дикие растения и грибы, и мы получаем преимущество от удобрений, которые с дождем стекают по склонам холмов. Когда я начал создавать здесь естественную ферму, почва была твердой и истощенной, и росло всего несколько видов растений. Мне потребовалось время, чтобы это изменить, но теперь фруктовые сады и леса предоставляют все необходимое для приятной и комфортной жизни.
* Глиняные шарики, иногда называемые семенными шариками или семенными бомбами, представляют собой маленькие глиняные шарики с семенами внутри. Мистер Фукуока не изобрел эту технику, фермеры годами заделывают семена в глиняные гранулы; он просто оживил ее. В результате посев глиняных гранул снова эффективно используется на небольших фермах, для крупных проектов восстановления пустынь и в городских районах партизанскими садоводами для посева особенно на сухих, уплотненных участках.
«Я привел вас именно в это место, потому что у нас есть широкий вид на сад, какой он есть сейчас. Здесь растут лиственные и вечнозеленые деревья всех размеров вместе с кустарниками, ягодами, овощами и почвопокровными растениями. На деревьях также растут киви, виноград и другие лозы ». Он указал на большую яблоню поблизости, у основания которой росли имбирь и дикий лук, над ними куст черники и киви, растущие на ветвях дерева, лоза акебия, растущая над киви. Пять разных растений в одном месте. Это трехмерное использование пространства полностью отличается от обычного фруктового сада, который спроектирован с учетом коммерческого выращивания только одной культуры.
«Помимо выращивания азотфиксирующих растений, таких как белый клевер, близко к земле, важно также пересадить азотфиксирующие деревья и кустарники, такие как акация, мирт, робиния и ольха, чтобы обогатить более глубокие слои почвы. Деревья акации, которые вы видите повсюду, растут так быстро, что через восемь или девять лет я срубаю их и использую для дров и для строительства. Взамен каждого срезанного я сажаю другие в разных частях сада. Деревья, которые растут в таких условиях дикой природы, намного сильнее, чем деревья, выращенные в обычных садах, и живут они дольше. Все, что я делаю, - это срезаю почвопокровники один или два раза в год и продолжаю разбрасывать семена.
«Я не проектировал этот сад. Я действительно много террасировал, особенно на крутых склонах, чтобы задержать сток воды и облегчить ходьбу. Я также заменил несколько деревьев и построил несколько простых хижин, но в основном я просто выбросил семена и позволил саду принять свою собственную форму. Я смешал более сотни различных семян и завернул их в глиняные шарики. Потом разбросал их повсюду. Каждый семенной шар содержал миниатюрную естественную ферму, свою собственную вселенную с деревьями, кустарниками, овощами, зерном, цветами и клевером. «Много лет назад я сеял семенные шары на одном участке, который сейчас похож на джунгли. Я полагаю, что большинство семян не выжило, но из тех, что выжили, получилось на десять тысяч семян больше. За короткое время этот район превратился в рай на склоне холма, которым он является сегодня. Со временем повсюду рассыпал семенные шарики. Когда я начинал, я понятия не имел, что здесь делать, поэтому попросил природу показать мне, и предложил семена. Природа ответила созданием этого сада ».
Мы сделали небольшой перерыв, затем снова собрались в хижине, перед которой стояла плоская открытая площадка. Сэнсэй попросил нас взять лист фанеры, несколько ведер, несколько брезентов, несколько мисок и раму с прикрепленной к ней проволочной сеткой. У нас уже была куча глины, которую мы выкопали в яме неподалеку. Было довольно тяжело и все еще немного влажно из-за недавних дождей. «Некоторые из вас делали семенные шарики раньше, но мы могли бы использовать больше, и это даст мне возможность показать нашим недавно прибывшим людям, как их делать», - сказал он, очевидно имея в виду меня, Кин-чан и Цунэ-сан. «Сначала возьмем немного этой глины и перелопатим на фанеру. Потом смешаем семена в миске и рассыпаем на глину. Затем нам нужно, чтобы кто-нибудь снял обувь и сделал вид, что давит виноград в Италии. Как насчет вас, Энта-сан?
Энта-сан ходил по глине босыми ногами, она вздымалась между его пальцами ног, а некоторые из нас время от времени переворачивали глину. Когда семена были тщательно перемешаны, мы протолкнули смесь через проволочную сетку на брезент ниже. Смесь семян и глины собиралась небольшими комьями, которые мы скатывали в шарики руками. Каждую партию оставляли сушиться. «Этот метод использования влажной глины прост, и вы можете сделать довольно много семенных шариков за короткое время, но если вам нужно их много, например, для засева всего склона горы, лучше использовать другой метод с использованием порошковой глины и вращающийся барабан, похожий на бетономешалку, со снятыми перегородками. Затем вы смешиваете семена и кладете их в барабан, пока он медленно вращается. Глина естественным образом прилипнет к семенам. Затем добавьте еще немного глины, еще немного воды, еще глины и так далее. Когда семенные шарики вырастут до нужного размера, высыпьте их и дайте высохнуть, пока они не затвердеют. Поразительно, сколько таких ариков можно сделать за один день ». *
* В Интернете есть множество описаний и видео обоих методов.
Цуне-сан спросил, можно ли использовать любую глину. «Лучше всего из красной глины, такой же, как вы делаете кирпичи. Ее можно найти здесь везде, особенно в недрах. Многие думают, что это бедная почва, но на самом деле в ней много питательных веществ. Питательным веществам просто нужны «ножницы», чтобы отрезать их от минералов. Ножницы - это кислоты, которые поступают с дождем и экссудатами корней растений и микроорганизмов ».
« Не могли бы вы добавить чего-то в глину? »« Мне не нужно ничего добавлять сюда, потому что условия такие благоприятные. Почва плодородная, круглый год идут осадки, а семена скрыты в почвенном покрове. На рисовых полях семена скрыты злаком, который уже растет на поле, когда я сею семена. Для семенных клубков в обычном саду, Я полагаю, вы могли бы добавить золу из камина или немного верхнего слоя почвы, но в этом нет необходимости. В основном мы создаем оболочку, которая будет защищать семена до тех пор, пока они не смогут прорасти и прорасти сами по себе ». *
* Семенные шары, рекомендованные г-ном Фукуока для восстановления антропогенных пустынь мира с помощью широкомасштабного посева с воздуха, немного сложнее сделать, поскольку они должны быть достаточно выносливыми, чтобы выдерживать удары падения с самолета, чрезвычайно суровые условия и хищничество со стороны птиц, насекомых и других животных. Метод изготовления этих сверхпрочных семенных шариков приведен в приложении D.
«Насколько они должны быть большими?» «Сколько семян должно быть в каждой грануле?» «Когда их следует сеять?» Вопросы продолжали приходить один за другим, пока Сэнсэй немного не рассердился. «Просто положи семена в глину, выбрось их туда и отойди. На самом деле не имеет значения, насколько они большие, сколько или какого типа семян в каждом, или когда вы их сеете. Важно то, что вы действительно это делаете. Люди тратят так много времени, пытаясь сначала во всем разобраться, и небеса помогут нам, если они решат провести формальное исследование, тогда ничего не получится. Тем временем весь мир рухнет. Лучше позволить природе ответить на эти вопросы за вас, и гораздо быстрее ».
Я не думаю, что Сэнсэй был так сильно раздражен, как казался, но в любом случае наш дневной семинар закончился довольно резко. «Доделайте оставшиеся шарики с семенами и не забудьте положить их в сарай, когда закончите. Похоже, сегодня вечером может снова пойти дождь ». Мы поблагодарили его, как всегда, и он ушел.
Кин-чан, «золотой мальчик», хотел пройти босиком по грязи. Через несколько минут он спросил Хиде-сана, правильно ли он это делает. Хиде улыбнулся и сказал: «Нет правильного или неправильного на земле, нет быстрого или медленного в голубом небе», - очевидный повтор одного из высказываний, которые Сэнсэй использовал время от времени. Это не означало неуважения - просто забавно было слышать, как Хиде говорил это вместо Сэнсэя, поэтому мы рассмеялись и продолжили, пока не закончили. Затем мы прибрались, убрали инструменты и направились обратно.
До обеда еще оставалось время, поэтому я решил прогуляться до одного из моих любимых мест - поляны, откуда можно было смотреть вниз на долину, поля, деревню и вдали Внутреннее море. Все было в миниатюре - фермеры, работающие на полях, фермерские дома с соломенными крышами, время от времени поезд и крошечные автомобили, движущиеся по шоссе. Из порта Мацуяма в море вышел грузовой корабль. Все казалось таким занятым. Что нужно было сделать в такой спешке? Это было сюрреалистическое зрелище, особенно с учетом нашей жизни в саду, которое я часто вспоминал с тех пор, как покинул ферму. Это помогает мне напоминать о том, что важно в жизни, а что только кажется таковым. Начинало темнеть, поэтому я повернулся и пошел по тропинке обратно через деревья. Я видел вдали хижину, освещенную мерцающим светом костра, почувствовал аромат готовящегося ужина и услышал знакомые звуки разговоров и смеха друзей.

Ларри Корн - Мои путешествия по Японии

ГЛАВА 2 Мои путешествия по Японии

Когда я отправился в Азию на борту корабля «Президент СС Кливленд» в 1970 году, я понятия не имел, что В итоге я проживу почти четыре года в сельской местности Японии. У меня не было фиксированного маршрута, поэтому я полагаю, что все было возможно, но то, что произошло на самом деле, последовательность событий, которая привела меня к ферме Масанобу Фукуока, и моя пожизненная работа с в растениями, почвой и естественным земледелием, я никогда не мог предсказать или вообразить.
Почему-то меня всегда интересовала Азия. В колледже в Беркли Я изучал специальность «история Китая». После учебы я решил поехать в Азию, чтобы посмотреть, как там. У меня не было особого плана, кроме как сесть на пассажирское судно из Сан-Франциско в Иокогаму, а затем продолжить свой путь в Юго-Восточную Азию, Индию или куда-нибудь еще. У меня было около тысячи долларов, рюкзак с тем, что, как я предполагал, мне понадобится, и виза в Японию. Мне было двадцать три года, и я никогда раньше не выезжал за пределы Соединенных Штатов.
Несколько моих друзей проводили меня под серпантины и крики «счастливого пути!», Когда корабль отходил от причала. Было волнительно плыть под Золотыми Воротаи и закатом. Наконец-то я собирался в Азию.
Сегодня большие пассажирские суда почти исчезли, но в то время это был самый дешевый способ путешествовать в Азию. Люди использовали их как автобусы. Я встретил на корабле много интересных людей. Одной из них была молодая женщина по имени Казуко, которая возвращалась в Японию после посещения семьи в Стоктоне. Я также встретил пару миссионеров, направлявшихся на Филиппины, журналиста из Гонконга, специалиста по Азии, направлявшегося в Тайбэй, который, как я позже узнал, был агентом ЦРУ, и двух ветеранов Второй мировой войны, которые были на пенсии и остались живы на Гуаме. Позже я их всех посетил. Я плыл шестнадцатым классом (из шестнадцати), который оказался общежитием рядом с машинным отделением. После первых душных, шумных ночей Я решил спать на палубе под звездами.
Казуко пригласила меня остаться с ней и ее бабушкой и дедушкой в их доме к северу от Токио. Затем мы провели месяц или около того, путешествуя по заснеженным северным префектурам, и в конце концов добрались до Киото, древней столицы и культурного центра Японии. Мы встретили на корабле жителя Нью-Йорка по имени Доминик, который ехал туда навестить друзей, поэтому мы решили нанести ему визит. Он познакомил нас с удивительно эклектичным сообществом японцев и жителей Запада, которые приветствовали нас, как если бы мы были семьей.
Для жителей Запада Япония - это место, где вы либо сразу чувствуете сильную привязанность к культуре и остаетесь на какое-то время, либо вам трудно приспособиться к толпе, быстрому ритму и жестким социальным обычаям. Эти люди уезжают в течение первых шести месяцев - первоначального срока типичной туристической визы. Большинство из Жители этой общины с Запада жили в Японии по крайней мере несколько лет, и все изучали одно из японских искусств, например гончарное дело, сякухати (бамбуковая флейта), драма Но, религию, боевые искусства, каллиграфию или текстиль.
Японцы принадлежали к разным слоям общества, но в целом они были свободомыслящими молодыми людьми, выпавшими из мейнстрима. Бунт даже на короткое время был для них очень серьезным решением, потому что это означало, что они больше никогда не смогут вернуться. Их считали бездельниками. Некоторые из них были членами сплоченной группы поэтов, странников и идеалистов, которые называли себя бузоку, или племенными людьми. Раньше они называли себя «Академией Бум», но когда их интерес обратился к возвращению на землю и жизни так, как коренные жители жили в древние времена, они подумали, что новое название было более подходящим. Они были тесно связаны с движением "назад на землю" в Соединенных Штатах, хотя в США их было гораздо меньше чем в Япония. Они создали сеть коммун в некоторых из самых отдаленных и красивых мест Японии и пригласили меня в гости, объяснили, как добраться до коммуны и людей, которые позволили бы мне остаться с ними по пути. Казуко нужно было вернуться домой, поэтому Я проводил ее на вокзале (нелегкое прощание), а затем направился к открытой дороге.
В течение следующих двух или трех месяцев я путешествовал автостопом по коммунам в Японских Альпах и на островах Сикоку и Кюсю перед тем, как отправиться в
Город Кагосима, чтобы сесть на лодку плывущую к жемчужине короны, коммуне на Острове Суваносе, известной как Баньян Ашрам Суваносе, Пылающий остров.

Небольшой дизельный корабль, который плыл в Суваносе, «Тосима маару» (десять островов), имел нерегулярный график, потому что он мог плавать и выгружать свой груз только в спокойном или относительно спокойном море. Когда я прибыл в Кагосиму, я узнал, что следующее плавание будет примерно через неделю, поэтому я нашел недорогой отель рядом с пристанью и отправился осматривать город.
Кагосима - один из самых красивых городов, в которых я когда-либо был. Сам город находится на берегу залива Кагосима. Сакура-дзима, остров цветущей сакуры, представляет собой конический вулкан, который возвышается посреди залива. Пока я был там, он периодически извергался. . . и вишневые деревья цвели. Я несколько раз садился на паром, чтобы исследовать его, а остальное время проводил, блуждая по городу или вдоль кромки воды, ничего особо не делая.
Путешествие из Кагосимы в Суваносе было трудным и совсем не приятным для меня, поэтому я был рад, когда мы прибыли около часа дня на следующий день после нашего отъезда. Пирс был таким маленьким, а побережье таким каменистым, что «Тосима мару» пришлось бросить якорь за пределами рифа, пока небольшая рыбацкая лодка переправляла пассажиров и грузы туда и обратно на остров. Затем, нагруженные припасами на спинах, мы поднялись по крутой тропинке к деревне из восьми или десяти домов, а затем через бамбуковый лес в ашрам. Тогда я понятия не имел, что, покинув остров всего несколько месяцев спустя, стану совершенно другим человеком.
Суваносе - один из череды небольших островов, известных как Цепь десяти островов.

Эти острова находятся к северу от островов Рюкю, которые простираются на юг от Окинавы и почти до Тайваня. Это были острова, которые мореплаватели эпохи палеолита использовали в качестве ступеней тысячи лет назад для миграции на основные острова Японии. Суванос - это действующий вулканический остров, круто поднимающийся из моря на высоту двадцати шестисот футов. Гора Онтаке, вулкан в центре острова, извергался более или менее все время, пока я был там, иногда через день или два, иногда через неделю или больше. Это самый активный вулкан Японии и остается одним из самых активных в мире. Обычно это был громкий БУМ, который сотрясал землю, а затем гигантское облако серого пепла, поднимавшееся на пятнадцать тысяч футов или более. Когда ветер принес облако над головой, пепел пролился так сильно, что всем пришлось зайти внутрь.
Центр острова гористый и необитаемый, но есть широкое плато, которое можно пахать. Ручьи стекают с горы в основном во время частых ливней. Остров густо покрыт кустарником, бамбуком и сосновыми лесами, но сельским жителям и членам ашрама удалось расчистить небольшие участки для выращивания сладкого картофеля, кабачков, дынь и некоторых овощей. Жители села также пасли скот и коз. По острову проходит теплое течение, поэтому море наполнено множеством видов рыб, моллюсков и черепах. Рацион жителей деревни и членов ашрама состоял из риса, мисо-супа, сладкого картофеля, соевых бобов, тофу, рыбы и иногда бананов. Однажды, когда я был там, корова упала со скалы насмерть, так что мы ели говядину несколько дней.
Суванос, вероятно, был заселен и заброшен бесчисленное количество раз на протяжении многих лет, в зависимости от активности вулкана. Самая ранняя зарегистрированная история острова восходит к 1813 году, когда произошло самое большое извержение в истории. Две женщины, которым на тот момент было семь лет, рассказали историю о том, как они сбежали на соседние острова: «Как только началось извержение, послышался сильный грохот и дождь из огненных камней, который сжег дома. Люди укрылись в Нанацуана (пещера с семью дырами) на восточной оконечности острова и оставались там несколько дней. Поскольку дождь из пепла и огня продолжал падать, люди решили бежать на острова Накано-сима и Акусэки. На пляже Кириши они нашли свои лодки погребенными под вулканическим пеплом, и им пришлось выкопать их мотыгами, прежде чем мы смогли спастись ». 1

Остров оставался необитаемым до мая 1883 года.
Амами Осима приехал поселиться. Они построили деревню и расчистили поля для сладкого картофеля. Нынешние островитяне - прямые потомки этих поселенцев. Всего шесть месяцев спустя вулкан снова извергся, уничтожив все посевы, посаженные поселенцами, и вызвал голод. Согласно одной из версий, «островитяне бродили по горам и по морю в поисках чего-нибудь съедобного. Пока огонь пылающего вулкана освещал небо, поиск еды продолжался не только днем, но и ночью. Некоторые умерли, многие заболели от недоедания и отравлений, когда в отчаянии голодающие поселенцы стали есть неизвестные сорняки и ягоды »2.

В 1971 году, когда я впервые посетил остров, в ашраме проживало около сорока сельских жителей и около десяти или двенадцати приезжих. Ашрам, названный в честь красивого баньянового дерева недалеко от деревни, был основан Нанао Сакаки, Гэри Снайдером, Сансеем Ямао и несколькими другими членами бузоку в 1967 году. Несколько построек с соломенной крышей уже были построены из материалов, собранных в близлежащих лесах, а также кухня и несколько сараев. Не было электричества и современных удобств. Условия были примитивными, что соответствовало задаче.
Ашрам называл себя ашрамом карма-йоги, индуистского идеала, в котором личная реализация достигается через бескорыстное служение. Для меня, по крайней мере вначале, это просто означало много очень, очень тяжелой работы, к которой я был совершенно не готов. Я был уверен в своих способностях жить в современном мире - в конце концов, я окончил колледж с достаточно хорошими оценками, понял, как избежать призыва, поехал в Азию, когда мне было всего двадцать три года, и у меня все было хорошо. . Но мой опыт работы в «дикой природе» ограничивался несколькими семейными походами, когда я был ребенком. Я не знал, как работать, использовать или ухаживать за инструментами, заниматься плотницкими работами, сажать или ухаживать за огородом, а мои кулинарные навыки были в лучшем случае минимальными. Я чувствовал себя совершенно беспомощным. Как и большинству новоприбывших, мне поручили расчищать поля от бамбука, чтобы их можно было использовать для выращивания сладкого картофеля. Работа была очень тяжелой, и мое тело не было подготовлено. Мои мысли были рассеяны и двигались слишком быстро для скорости жизни острова.

Я не хотел работать в поле. Я хотел лазить по скалам на берегу моря, идти пешком к вулкану или вернуться в хижину и почитать книгу. . . где угодно, только не там, где я был. В ашраме было мало личного времени. Я был лишен привычных удовольствий и вещей, на которые я обычно полагался, чтобы снять стресс. Это вызвало у меня беспокойство и, в конце концов, злобу не на других, а на мир в целом. Первые несколько раз я готовил по очереди, еда была ужасной, и она была готова на два часа позже. Я чувствовал, что подводил всех, что бы я ни делал. Я стал замкнутым и капризным. Короче, у меня был бардак.
Остальные, должно быть, заметили, через что я проходил. Они не винили меня, но и не пытались поднять мне настроение. Вероятно, они видели, как это происходило с другими горожанами, когда они впервые приехали на остров. Тем не менее, я выдерживал это и каждое утро после завтрака таскал больное тело в поля.
Затем однажды днем все изменилось. В тот день я работал один. Я помню, как заметил, что кирка, как и прежде, качнулась в почву, корни расшатались, но это было без усилий, как если бы работу выполнял кто-то другой, а я стоял и смотрел. Я действительно наслаждался ощущением того, как мышцы моей спины растягиваются с каждым гребком и тянутся вниз, чтобы освободить корни. На самом деле, мне это нравилось. Я стал одним целым с корнями бамбука и почувствовал, что знаю их лично. Затем я поднял глаза и увидел остров во всей его красоте, как будто впервые, деревья, колышущиеся на ветру, птицы, открытое голубое небо.
В тот момент мне лучше не было места, как прямо в поле, копая эти корни. Когда я услышал, как коровий колокольчик объявляет, что обед готов, я не хотел уходить.
Я стал настоящим, сосредоточенным на том, что делаю, и ни на чем другом.
Буддийский термин для этого - самоосознанность. Мой разум стал ясным, а мой дух - радостным. Работа превратилась в игру, и ко мне вернулась уверенность. Я научился работать, другие сразу заметили разницу и стали относиться ко мне по-другому. Одна японка улыбнулась и сказала: «Похоже, у тебя сегодня хороший день в поле». Кто-то еще показал мне, как точить серп и кирку с помощью точильного камня и напильника, а другой отвел меня на кухню и дал советы о том, как приготовить еду эффективнее и быстрее. Один парень, который пробыл там больше года и раньше не сказал мне двух слов, рассказал мне историю о том, через что он прошел, когда впервые приехал на остров. Это была история, удивительно похожая на мою. Наконец-то меня приняли в сообщество. Я увидел, как изменение моего отношения помогло другим, и это было полезно для группы в целом. Я понял, что работа над своим личным осознанием - это не эгоистичное стремление, на самом деле это был эффективный способ внести реальные и позитивные изменения в мир.
Несколько дней спустя Нага-сан, один из основателей ашрама, упомянул, что несколько человек собирались на несколько дней на другую сторону острова, и спросил, не хочу ли я поехать с ними. О боже, да! На следующее утро мы отправились в путь рано утром и направились прямо вверх по горе, остановившись у кратера на обед. В тот день вулкан отдыхал, но рев все равно был оглушительным. Сам кратер имеет глубину пяти или шестисот футов и ширину почти в милю. Пар извергался из вентиляционных отверстий по сторонам и дну кальдеры. Выглянув наружу, можно было увидеть другие острова в виде бледных зеленых точек в синем море. Затем мы продолжили путь, примерно за семь часов. Мы остановились в пещере, которая была точно такой же, как та, в которой, как я представлял, ютились сельские жители во время извержения 1813 года, ловили рыбу и добывали дикие съедобные растения.
В течение следующих нескольких месяцев я продолжал копать корни бамбука, собирать дрова в лесах и коровий навоз с пастбищ и сажать сладкий картофель. Я также помог построить небольшой дом. Для этого нужно было спустить с горы бревна для столбов и балок, сплести бамбуковые решетки для стен и сделать крышу из бамбука с соломой. Я также помогал сельским жителям с некоторыми проектами в городе и один или два раза выходил на рыбалку за пределы рифа, но моим главным интересом и обязанностью оставалось сельское хозяйство. Однажды вечером после обеда я пошел на поля. Почва, представлявшая собой почти чистый вулканический пепел, искрилась в лунном свете. Вершина вулкана светилась жутко-красным светом, становясь ярче и затем тускнея, как будто гора дышала. В ту ночь Онтаке-сан был не в полной силе, он только урчал, что-то напевал себе под нос. Я смотрел на наполовину засаженное поле сладкого картофеля и слышал шелест бамбука на ветру. Я постоял тихо мгновение и принял все это. Затем земля заговорила со мной. С тех пор и по сей день все, что я делал, так или иначе касалось растений и почвы, подарка, которого я никогда не ожидал и не мог себе представить.
Прошло чуть больше четырех месяцев, моя продленная виза истекала, и я начинал слышать зов открытой дороги, поэтому я покинул остров Суванос и свое сообщество новых друзей и отправился на юг, всегда выбирая самый медленный и дешевый способ транспортировки. Я остановился на нескольких других небольших островах по пути в Окинаву, Тайвань и, наконец, Гонконг. Я еще не был готов покинуть острова Тихого океана, поэтому вместо того, чтобы ехать в Индию, я решил побаловать себя отпуском (в рамках моего продолжительного отпуска) и направился на восток, на Филиппины, а затем в Микронезию. После пяти или шести месяцев там и других приключений я вернулся в Калифорнию, где записался на программу почвоведения и питания растений в Калифорнийском университете в Беркли.

Ларри Корн - Более шестидесяти лет он трудился на своей маленькой ферме в Японии, чтобы доказать, чт

Ларри Корн - Более шестидесяти лет он трудился на своей маленькой ферме в Японии, чтобы доказать, что человечество ничего не знает, что оно ничего не должно делать

Масанобу Фукуока был на задании. Более шестидесяти лет он трудился на своей маленькой ферме в Японии, чтобы доказать, что человечество ничего не знает, что оно ничего не должно делать и что все силы на то, что делали люди, были потрачены впустую. Это звучит нелепо, но он пошел по этому пути. Он был революционером-одиночкой, который считал, что одна соломинка может изменить мир. Многим он казался изворотливым деревенским фермером, но к моменту его смерти в 2008 году у него было бесчисленное количество последователей по всему миру, которые искренне верили, что его видение и пример могут привести к лучшему миру.

Путешествие

Масанобу Фукуока вырос в небольшой деревне на острове Сикоку, где его предки жили сотни лет. В юности он работал на полях и в цитрусовых садах своей семейной фермы, описывая себя в те дни как беззаботного и в некоторой степени безответственного. Он начал свое формальное образование в местной начальной школе, но для прохождения средней и старшей школы ему пришлось ехать в город Мацуяма, расположенный в семнадцати милях от него. Каждое утро он ехал на своем велосипеде до железнодорожной станции в Иё, ехал на поезде до Мацуямы, а затем остаток пути шел пешком - поездка длилась около полутора часов в каждом направлении. Он был средним учеником, часто раздражая учителей своим безразличием и плохим поведением.
Тем не менее, поскольку его отец, Камеичи Фукуока, был крупнейшим землевладельцем в деревне и много лет исполнял обязанности ее мэра, г-н Фукуока имел возможность поступить в сельскохозяйственный колледж Гифу недалеко от Нагои. Он получил широкое образование, изучая сельскую социологию, английский, немецкий, западную философию и этику. В конце концов, он занялся изучением современного крупного сельского хозяйства, специализируясь на патологии растений под руководством доктора Макото Хиуры, одного из ведущих ученых-аграрников Японии. Наука увлекла его, и вскоре он стал одним из ценных учеников доктора Хиуры. После окончания учебы г. Фукуока устроился на работу на исследовательскую станцию префектуры Окаяма. Год спустя он начал работать в отделе инспекции завода таможенного бюро в г. Иокогама, одного из самых загруженных портов Японии.
Г-н Фукуока изучал болезни и насекомых-вредителей, обнаруженных на импортируемой продукции, и по очереди осматривал поступающие растения. Ему нравилось проводить технические исследования, и он «был поражен миром природы, который открывался через окуляр микроскопа». Через три года он был госпитализирован с острой пневмонией и чуть не умер. Даже после того, как он выздоровел и вернулся к работе, он все еще был озабочен тяжелыми мыслями о цели жизни и смысле жизни и смерти.
Затем, утром 15 мая 1937 года, мистер Фукуока необъяснимым образом испытал откровение, в котором он увидел «вечную форму природы». Он дремал на рассвете у ствола дерева, возвышающегося над гаванью. Позже он писал: «Когда из-под обрыва подул ветер, утренний туман внезапно исчез. В этот момент появилась ночная цапля, резко вскрикнула и улетела вдаль. Я слышал хлопанье его крыльев. В одно мгновение все мои сомнения и мрачный туман моего замешательства исчезли. Всю фигню, в которой я был твердо убежден, все, на что я обычно полагался, унесло ветром. . . Я чувствовал, что это был настоящий рай на земле, и что-то, называемое «истинной природой», явилось явью »2.
Он пытался объяснить свое видение своим коллегам, что все бессмысленно и что вся деятельность человечества приводит только к потраченным впустую усилиям, но его отвергли как эксцентричного человека, стоящего на пути прогресса. В то время люди считали, что наука и технологии вот-вот откроют золотой век изобилия и досуга. Он решил оставить работу и вернуться в свой деревенский дом. Вместо того, чтобы пытаться объяснить свое понимание одними словами, он применил бы его к сельскому хозяйству, придав ему физическую форму и тем самым продемонстрировав его полезность. Он хотел показать, что производительная сила одной только природы больше, чем у современного сельского хозяйства, которое полностью опирается на человеческие знания и технологии. По прибытии домой г-н Фукуока поселился в небольшой хижине на склоне горы.
Его первая попытка заниматься тем, что он считал естественным земледелием, окончилась неудачей. Идея г-на Фукуока заключалась в том, чтобы дать природе волю, и он прекратил обрезку фруктовых деревьев, которые уже были подстрижены низко и широко, чтобы их можно было легко собрать. Он считал, что без дальнейшей обрезки деревья вернутся к своему естественному виду. Однако когда ветви выросли, они пересеклись и запутались. В течение нескольких лет более четырехсот деревьев засохли и погибли от вредителей. Он понял, что, как только люди вмешались в естественный образ жизни, они не могут внезапно покинуть природу и ожидать, что природа будет жить сама по себе. Это не натуральное земледелие, а простое забивание на... Как только люди повлияли на природу, они обязаны исправить причиненный ими ущерб.
Он понял, что натуральное земледелие возможно только тогда, когда природа цельна, и в большинстве случаев это требует периода восстановления.
К концу 1930-х годов барабанный бой войны в Японии стал безошибочным. По настоянию отца г-н Фукуока покинул спокойную хижину на вершине холма и устроился на работу на сельскохозяйственную экспериментальную станцию префектуры Коти на восточной стороне города Сикоку. Ожидалось, что он и его коллеги увеличат производство продуктов питания в военное время благодаря своим исследованиям. Г-н Фукуока также выступал в качестве агента по распространению сельскохозяйственных знаний, помогая отдельным фермерам повысить урожайность, и даже вел колонку «Советы по сельскому хозяйству» для местной газеты.

Но все это время он проводил личные исследования на стороне, сравнивая урожайность культур, выращенных с использованием компоста, химических удобрений, пестицидов и гербицидов, с урожайностью, выращенной без компоста или синтетических химикатов. Он обнаружил, что выращивание сельскохозяйственных культур с использованием компоста и химикатов дает незначительно более высокие урожаи, но недостаточно высокие, чтобы компенсировать затраты на их получение. Как только он был удовлетворен результатами этих экспериментов, он больше никогда не проводил подобных экспериментов. Поскольку война подходила к концу весной 1945 года, даже г-н. Фукуока был призван на службу. Его отправили на фронт копать окопы для ожидаемого вторжения союзных войск. Однако наземного вторжения так и не произошло, и всего четыре месяца спустя война внезапно закончилась.

Благодарен за то, что их пощадили, г. Фукуока вздохнул с облегчением, выбросил лопату и пистолет и ушел домой. Вскоре после окончания войны оккупационные силы союзников во главе с генералом Макартуром внесли несколько важных изменений. Местные чиновники, такие как Отец Фукуоки были отстранены от должности, а программа земельной реформы распределила рисовые поля между сельскими жителями более справедливо. Г-н Фукуока вернулся и обнаружил, что владения семьи сократились примерно до половины акра рисовых полей(20 соток) и двух акров (80 соток) фруктовых садов. Позже он смог купить еще восемнадцать акров(7,2 га) бедных садов у своих соседей. Половину он оставил для своей естественной фермы, а его сын Масато-сан возделывал остальную часть, используя органические методы. Позже рисовые поля были увеличены почти до полутора акров(60 соток).
У фермерского дома в деревне был двор, несколько хозяйственных построек и небольшой огород из экологически чистых продуктов, за дверью кухни, но мистер Фукуока вернулся в хижину в саду. Следующие несколько лет он провел, наблюдая за состоянием почвы и отмечая взаимодействие растений и животных, живущих в ней. Он также совершал долгие прогулки в горы, чтобы обнаружить то, что он назвал естественным узором. Вспоминая то время, г-н Фукуока сказал: «Я просто опустошил свой разум и попытался впитать все, что мог, от природы» 3.
Он заметил, что фруктовый сад состоит из очень небольшого количества видов - фруктовых деревьев, нескольких кустарников и многолетних растений и некоторых тощих сорняков. Весь верхний слой почвы выветрился, оставив обнаженную основу из твердой красной глины. Если бы он ничего не делал, природа продолжала бы двигаться по нисходящей спирали. Чтобы устранить ущерб, г-н Фукуока сначала сосредоточился на улучшении почвы и увеличении разнообразия видов. Чтобы разрыхлить почву, он рассыпал семена глубоко укоренившихся овощей, таких как одуванчик, лопух, док и дайкон. Чтобы очистить и обогатить почву, он посеял семена выносливых растений с прочной мочковатой корневой системой, включая гречиху, люцерну, горчицу, репу, амарант и тысячелистник. Затем он добавил зернобобовое почвопокровное из белого клевера. Клевер обогащает почву и эффективно подавляет сорняки.
Он также посадил различные деревья и кустарники, в том числе азотфиксирующие акации, чтобы улучшить более глубокие слои почвы. Деревья акации быстро росли, поэтому через восемь или девять лет он срубал их и использовал для дров или в качестве строительного материала, оставляя корни со временем гнить. Убирая деревья, он сажал другие деревья в разных местах сада, чтобы цикл создания почвы продолжался. Со временем почва стала плодородной, и фруктовый сад по структуре стал напоминать естественный лесной массив. К тому времени, когда я пришел на ферму примерно через тридцать лет после того, как он начал этот процесс, почва была плодородной, и повсюду росло более тридцати видов различных плодовых и ореховых деревьев, ягод и овощей. Были также куры и утки, несколько коз, несколько кроликов и ульи.
Г-н Фукуока считал, что, если природа получит возможность, она ответит, предоставив все, поэтому он всегда искал способы минимизировать свое вмешательство. Как он писал в «Революции одной соломинки»:
Обычный способ разработать метод - это спросить: «Как насчет того, чтобы попробовать это?» Или «Как насчет того, чтобы попробовать то?». Это современное сельское хозяйство, и оно только увеличивает занятость фермера.
Мой путь был прямо противоположным. Я стремился к приятному, естественному способу ведения сельского хозяйства, который упростил бы работу, а не усложнил ее. «Как насчет того, чтобы не делать этого?» «Как насчет того, чтобы не делать того?» - вот что я думал. В конце концов я пришел к выводу, что не нужно пахать, не нужно вносить удобрения, не нужно делать компост, не нужно использовать инсектицид. Если подойти так к делу, то останется несколько действительно необходимых сельскохозяйственных дел. 4

Когда он вернулся в сад, г-н Фукуока обнаружил, что природные системы были настолько сильно повреждены, что ему пришлось самому выполнять многие задачи, которые впоследствии стали ненужными. Когда, например, установился постоянный покров почвостроительных растений, ему больше не нужно было вносить удобрения. Как только разнообразие растений было восстановлено, оно стал средой обитания для широкого круга насекомых, поэтому больше не нужно было производить и применять даже органические инсектициды. В конце концов, он почти ничего не делал, просто сеял семена, раскладывал солому, время от времени срезал сорняки-почвопокровники и ждал урожая.
Он применил ту же простоту на своих зерновых полях, где ежегодно выращивал на одном и том же поле урожай риса и один урожай ячменя. Осенью он посеял семена озимого ячменя и белого клевера прямо в созревающие стебли риса. К моменту уборки риса молодые растения ячменя уже покрывали поверхность почвы. Затем он разложил неразрезанную рисовую солому обратно по полю. Клевер, соломенная мульча и тот факт, что между двумя полевыми культурами не было промежутков, затрудняли закрепление сорняков. Затем он посеял семена риса следующего года прямо в молодые растения ячменя.
Последовательно выращивая зерно таким образом, он избегал обычных задач вспашки, выращивания рассады риса в школке весной, а затем пересадки, прополки, удобрения и орошения посевов. Вместо аккуратного вида полей его соседей, г-н Фукуока продемонстрировал дикое изобилие естественного роста. Его почва улучшалась с каждым сезоном и вскоре вернулась к характеру почв естественных лугов. Несмотря на ее неопрятный вид, урожайность риса на полях г-на Фукуока была равна, а часто и превосходила урожайность его соседей, которые использовали химикаты и самые передовые технологии.
В те годы, когда г-н Фукуока развивал свой метод ведения сельского хозяйства, он в основном жил в саду, но это не принесло ему спокойствия, на которое он надеялся. Тогда он описал себя как вспыльчивого и неприятного даже для своей семьи. * Из своего горного уединения он с негодованием наблюдал вырождение как земли, так и японского общества. Японцы целенаправленно следовали американской модели экономического и промышленного развития. Земледелие стало бизнесом, а еда - товаром. Когда человеческий и животный труд был заменен машинами и сельскохозяйственными химикатами, население переместилось из сельской местности в растущие промышленные центры.
Фермеры стали меньше заботиться о качестве производимых продуктов, чем о том, сколько они могут за это получить. Эти изменения привели к загрязнению и духовному распаду. Г-н Фукуока был разочарован тем, что не мог ничего больше сделать, чтобы остановить этот процесс, несмотря на то, что ему было показано, как человечество может жить более гармонично в мире. Ему был дан дар проницательности, и это, как он чувствовал, принесло с собой ответственность помогать другим. Это была ноша, которую он нес на себе всю свою сознательную жизнь.

* Г-н Фукуока и его жена Аяко-сан вместе вырастили пятерых детей, четырех девочек и одного мальчика.

К концу 1960-х г-н Фукуока ощутил новое чувство безотлагательности. Он решил, что не может с чистой совестью больше молчать. Он стал более вовлеченным, излагая свои мысли на открытых конференциях, писал книги и статьи, появлялся на радио и телевидении. Он пригласил студентов поселиться в его саду, чтобы передать им свои практические знания и опыт в области сельского хозяйства, и пригласил всех, кто был заинтересован, в том числе ученых и правительственных чиновников, посетить его ферму и лично увидеть изобилие его полей. Однако его примеру последовали очень немногие.

Все изменилось с публикацией японского издания «Революции одной соломинки» в 1975 году и ее последующего перевода на английский язык в 1978 году. Г-н Фукуока наконец получил возможность посетить мир за пределами Японии, и то, что он увидел, встревожило его. Он был потрясен почти безлесными равнинами Калифорнии с увядшими однолетними травами, которые тупые пиндосы гордо называли золотыми холмами Калифорнии. Он понимал, что средиземноморскому климату Калифорнии не хватает летних дождей Японии, но он полагал, что люди сыграли важную роль в превращении Золотого штата в пустыню с промышленными методами ведения сельского хозяйства, плохим управлением водными ресурсами, чрезмерным выпасом. Побывав в других частях страны, он стал называть это экологической катастрофой Америки. Что он увидел в Индии и Африке дало ему представление о масштабах мирового экологического кризиса. С этого времени он посвятил всю свою энергию решению проблемы борьбы с опустыниванием с использованием методов естественного земледелия.
Г-н Фукуока считал, что большая часть пустынь мира возникла в результате деятельности человека, и что усилия по их реабилитации только ухудшают положение. Он считал, что пустыни можно восстановить с помощью широкомасштабного посева с воздуха. Он выступал за то, чтобы заключать семена как можно большего количества видов в глиняные гранулы, которые также содержат микроорганизмы. Если бы семена всех типов растений были доступны, природа нашла бы наиболее подходящий курс действий в нынешних условиях. Он назвал это Вторым Бытием. Самое главное, чтобы предвзятые идеи и предположения людей были исключены из процесса принятия решений.
В 1985 году он отправился в Сомали с сотнями фунтов семян, чтобы проверить свою теорию. Большинство семян ему прислали японские домохозяйки, которые откликнулись на его призыв сохранить семена фруктов и овощей, из которых они готовили еду. Он также принес несколько сотен саженцев фруктовых деревьев. Однако план не удалось осуществить из-за вмешательства правительства Сомали, поэтому он перебрался в лагерь беженцев в отдаленной части Эфиопии, где группа Японских волонтеров уже оказывала помощь. По крайней мере, там он смог показать беженцам, как сажать деревья и ухаживать за ними, а также как выращивать собственные огороды.
В 1987 году г-н Фукуока совершил первую из своих пяти поездок в Индию, где был принят как риши. К тому времени, как он прибыл, «Революция одной соломинки» была широко распространена и прочитана и уже была переведена на четыре местных диалекта. Почти половина населения Индии все еще жила за счет натурального хозяйства, поэтому его недорогая, духовная форма сельского хозяйства была с готовностью оценена и принята. Несколько фермерских общин уже перешли на его метод нулевой обработки почвы, невмешательства, адаптировав его к своим местным культурам и условиям.
Он говорил о натуральном земледелии как о пути Махатмы Ганди, «бессистемному методу, действующему с ни выигрышным, не проигрыным состоянием ума» 5, и хвалил тех, кто следовал ему.

В Висва Бхарати, университете, основанном Нобелевский лауреат Рабиндранат Тагор, он получил высшую почетную степень школы от бывшего премьер-министра Индии Раджива Ганди. Во время более позднего визита у него был часовой разговор с тогдашним премьер-министром П. В. Нарасимхой Рао. Эта встреча широко освещалась по телевидению и в газетах.
9 октября 1997 г. у г-на Фукуоки был особенно запоминающийся визит к естественному фермеру Бхаскару Сейву в его сад площадью 14 акров(5,6 га), расположенный на юге штата
Гуджарат к северу от Мумбаи (бывший Бомбей). Здесь основные товарные культуры, кокосы и сапота , занимают около десяти акров(4 га) в разнообразном естественном саду, кокосовый питомник занимает два акра(80 соток), а еще два акра(80 соток) используются для выращивания зерновых, овощей и других сезонных культур для домашнего потребления.

Г-н Сейв начал заниматься сельским хозяйством в 1953 году, когда химическое сельское хозяйство только начинало внедряться в Индии. Он стал образцовым рекрутом Зеленой революции. Через несколько лет он заметил, что продолжает делать все больше и больше, тратить все больше и больше, но зарабатывать меньше. Он также увидел, что состояние его почвы и жизнеспособность растений ухудшаются. Это заставило его усомниться в ценности научного сельского хозяйства и искать альтернативу. Он нашел его в нетронутых лесах недалеко от своей фермы, где деревья, кусты и почвопокровные растения обильно росли без обработки почвы, удобрений, прополки или какой-либо другой помощи человека. Г-н Сэйв пришел к выводу, что фундаментальной ошибкой ученых-аграриев была их попытка повысить продуктивность, когда природа уже и так была изобильной!

К тому времени, когда г-н Фукуока посетил его, ферма г-на Сэва была одной из самых продуктивных в Индии, намного более производительной, чем соседние фермы, которые использовали современные научные методы. Она была покрыта разнообразной растительностью, но все же Мистеру Сэйву, его семье и нескольким женщинам, которые помогали собирать урожай, едва ли нужно было что-то делать для ее поддержания. Ферма росла в плодородии и удерживала гораздо больше воды, поскольку постепенно приближалась к своему естественному состоянию.
Несмотря на то, что у него не было формального сельскохозяйственного образования, г-н Сэйв заметил, что он не нуждался в формальном обучении, потому что «мой университет - моя ферма». Фукуока был поражен, когда он совершил поездку по садовой ферме, сидя в запряженной волами телеге с г-ном Сэйвом. Когда они переходили от одного пышного участка сада к другому, мистер Фукуока повторял: «Замечательно! Замечательно! »Когда группа снова собралась после тура и кто-то спросил его, что он думает о ферме, Г-н Фукуока сказал: «Я видел много ферм по всему миру. Это лучшая. Это даже лучше, чем моя собственная ферма! »Сегодня в Индии больше практических примеров естественного земледелия и больше к нему интереса, чем где-либо в мире.

Восприятие Большинство людей рассматривают натуральное земледелие в первую очередь как метод ведения сельского хозяйства, но земледелие является лишь физической демонстрацией взгляда г-на Фукуока на мир.
Основа естественного земледелия - это то, что мистер Фукуока увидел в то утро в
Иокогама. Оно обеспечивает основу для всего, что было дальше.
Он впервые увидел, что существование - это нераздельное единство, в котором все взаимосвязано, идеально устроено и изобилует жизненной силой. Время существует как постоянно меняющийся континуум настоящего момента, в который встроены прошлое и будущее. Как люди, мы являемся неотъемлемой частью этого единства, но, как правило, не можем испытывать его таким образом, потому что считаем себя отдельной сущностью. Когда мы отказываемся от идеи, что мы отделены, истинная природа раскрывается, и мы свободны занять в ней свое надлежащее место. Мы больше не часть природы, если смотреть на нее издалека, мы природа.
Г-н Фукуока и другие азиатские спиритуалисты видят мир постоянно разворачивающимся и изменяющимся, и эта точка зрения отличается от той, к которой мы привыкли на Западе. Дэвид Хинтон, переводчик древнекитайской поэзии и других классических китайских текстов, объясняет это в интервью журналу The Sun:
Мы думаем о времени в линейных терминах, тогда как в древнем Китае они думали о существовании как о зарождающем, непрерывном порождающем настоящем, в котором вещи появляются и исчезают в процессе изменения. И это постоянное рождение происходит как в физическом мире, так и в человеческом сознании, поскольку сознание является такой же частью этого процесса, как прибой, ливень или цветы, распускающиеся в миндальном саду. . . существование живо. . .
Вещи постоянно движутся и изменяются, появляются и исчезают. Дрейфуют облака.
Ветер шумит полевыми цветами и деревьями. День превращается в ночь, а ночь в день. Сезоны приходят и уходят, одно за другим. Ты умираешь. Рождаются другие люди. Это продолжается и продолжается. Все движется постоянно, без пауз, без начала и конца. . . Мы сопротивляемся этим изменениям здесь, на Западе. Мы хотим постоянства, бессмертной души, которая позволяет нам избежать смерти. . . 6
На Западе мы считаем, что внутри нас есть некая постоянная идентичность. Это ощущение себя наиболее тесно связано с нашим умственным процессом - нашими рациональными и аналитическими способностями. Это резюмируется в знаменитом слове Декарта «Я мыслю, следовательно, я существую», которое иногда переводится как «Я думаю, следовательно, я существую». Но именно это предположение отчуждает нас от мира.
Азиатские спиритуалисты считают, что в ту минуту, когда вы думаете о себе как о отдельной и постоянной сущности, вы удаляете себя из мира постоянных изменений.
Когда они говорили о естественном уме, они обычно имели в виду пустое сознание, которое воспринимает мир с зеркальной ясностью, без постоянной интерпретации нашего внутреннего диалога. Когда мир виден с такой ясностью, становится возможным увидеть себя в каждом цветке и травинке. «Пустой разум, который отражает мир, помещает мир внутрь нас» 7.
Для мистера Фукуока была одна реальность: мир в точности таким, какой он существует, без интеллектуальных различий или суждений любого рода. Сознание людей разделяет явления на двойственности, такие как жизнь и смерть, инь и янь, радость и печаль.
Эти вещи возникают только тогда, когда люди делают это. В природе их не существует. Понимание природы, того, как она работает, или почему все это существует, когда с такой же легкостью могло б не существовать, лежит за пределами досягаемости человеческого разума. Нет необходимости утруждать себя, пытаясь выяснить цель или точный смысл жизни. Вместо этого мы должны просто принять наш подарок и сделать это с благодарностью.
Пока что это базовая азиатская духовность. Стать единым целым - цель практически всех японских искусств и азиатских религий. У каждого есть своя собственная программа или структура, чтобы помочь людям достичь этой цели, но целью всегда является более высокое сознание, в котором индивидуум сливается с самим существованием. «Я» исчезает, поэтому дух может действовать через вас без сопротивления. Некоторые из этих программ довольно строгие, и на их выполнение уходят годы. Часто студенты никогда не достигают конечной цели. Иногда они настолько комфортно себя чувствуют в структуре программы, что решают, что самой практики достаточно.
Тем не менее, у всех этих практик есть заключительный этап, на котором программа больше не нужна.
Две вещи отличают натуральное земледелие мистера Фукуока от других дисциплин.
Во-первых, нет программы и структуры. Простое служение природе посредством смиренной жизни и удовлетворения собственных повседневных потребностей рассматривается как самый прямой путь к самосознанию. Здесь нет медитации, йоги, обязательного чтения и всего прочего. Это путь без пути. По мере того, как земля становится все ближе и ближе к своей первоначальной форме, разум фермера также возвращается к своему первоначальному состоянию.
Вы становитесь свободными и можете просто наслаждаться жизнью.
Вам не нужно изучать азиатскую духовность, чтобы жить подобным образом. Дзен доступен для всех в любое время, независимо от того, фермер вы или нет. Г-н Фукуока считал, что программы не нужны, потому что в природе программ не существует.
Они кажутся ценными только потому, что помогают исправить неестественные условия, созданные отделением людей от мира природы. Зачем загромождать еще одну накладку? Если используется учебная программа, учащиеся должны исцелить не только свое отчуждение от природы, но и свою привязанность к самой программе.
Цель натурального земледелия - вернуться в самое сердце природы. Самый прямой путь к достижению этой цели - очистить ум от предубеждений и привязанностей и просто жить здесь и сейчас.
Подход г-на Фукуока также обеспечивает ваши повседневные потребности и восстанавливает поврежденные ландшафты. Изучение драмы Но или цветочной композиции как формы духовного искусства в конечном итоге приводит к созданию полностью реализованных существ, которые, по-видимому, будут делать добрые дела в этом мире, но их физические проявления имеют небольшую практическую ценность. При естественном земледелии конечными продуктами являются продукты питания, жилье и чистая, здоровая окружающая среда. Оно производит как реализованных существ, так и более здоровый и изобильный мир.
Естественное сельское хозяйство рассматривает мир как единое неделимое целое. Это восприятие возникает без сознательного усилия, когда мир воспринимается без интеллектуальной интерпретации. Г-н Фукуока назвал это недискриминационным осознанием. Традиционное восприятие или различающее понимание рассматривает мир как совокупность отдельных частей. Индивид - это наблюдатель, а мир - это то, что наблюдается. Это сознательный интеллектуальный процесс, который приводит к фрагментированной и неполной перспективе.
Вот еще один способ взглянуть на это. Мир полностью взаимосвязан, течет и разворачивается в настоящем моменте. У него нет качеств, он просто есть. Люди, пытаясь организовать опыт в логические рамки, разрушают это единство, рассматривая деревья отдельно от кустов, насекомых, минералов и прочего. Эти элементы далее подразделяются на типы деревьев, кустарников, насекомых и минералов, и всем им даны имена. Затем добавляются такие понятия, как верх и низ, восток и запад, большой и маленький, быстрый и медленный, я и другие. Наконец, сюда входят такие ценности, как сильный и слабый, хороший и плохой, красивый и уродливый, примитивный и цивилизованный. Прежде чем познать мир, люди создали совершенно новую реальность, известную только им. В природе ничего этого не существует. Таким образом люди отделяют себя от мира природы и противостоят ему. Сегодня почти каждый полагается на интеллектуальное понимание, чтобы интерпретировать мир и ладить с ним. До появления современной культуры никто этого не делал.
Когда люди что-то видят, они автоматически интерпретируют это в соответствии с предыдущим опытом. Кто-то видит дуб и думает, что дуб: дает тень и среду обитания для диких животных, дает желуди и дрова. Дубы хороши. Затем они сохраняют эту информацию в своем «файле дуба». В следующий раз, когда они видят дуб, они видят не само дерево, а только информацию, имеющуюся для него в файле. Само дерево, конечно же, - не информация, оно просто есть. Когда кто-то видит божью коровку, он сразу думает о полезном насекомом. Когда они видят тлю, автоматически всплывает мысленный вредитель. То, что они видят, - это не дуб, божья коровка или сама тля, а идея этих вещей, а также ценности, которые они научились связывать с ними.
Наши рыночные отношения с природой ясно проявляются в языке. Мы «наблюдаем» за природой, «окружены природой» или берем несколько дней отдыха, чтобы «воссоединиться с природой». В своей основополагающей работе «Беспокойство Америки», Венделл Берри не согласился с заявлением о целях Sierra Club, которое, в частности, гласит: «. . . исследовать, наслаждаться и защищать живописные(сценические) ресурсы страны. . . »Его проблема была в слове сценический. «Сцена, - писал он, - это место, которое видит зритель». Это «взгляд». Ценитель места, воспринимаемого как живописное, является просто его наблюдателем, косвенно как отличным, так и удаленным от него »8. как если бы мир был просто фоном для человеческой драмы.

Прошлым летом, стоя на берегу Кратерного озера, я случайно услышал следующий разговор между парой, стоявшей рядом. «это то, что я называю вид мирового класса!» - сказала женщина. «Да, это красиво, но не так хорошо, как Йосемити», - ответил ее спутник. Сначала озеро становится «видом мирового класса», затем его сравнивают с другими видами, используя произвольный человеческий стандарт. Я полагаю, это понятно, потому что пейзаж и суждение существуют в мире, в котором живет пара; реальности Кратерного озера и Йосемити там нет.
Слова полезны в мире суждений, потому что они определяют реальность, о которой заранее договорились. Этой реальности учат дома, в школах, в церкви, в средствах массовой информации и в литературе. Однако слов недостаточно для описания мира, видимого без различия. Слова берут начало в интеллекте и поэтому ограничены. Даже неземная поэзия Уильяма Блейка и Уолта Уитмена может привести нас только к грани трансцендентного понимания; оттуда мы должны завершить путешествие самостоятельно.
Хотя г-н Фукуока очень любил разговаривать и написал много книг и статей, в конечном итоге он почувствовал, что его слова бесполезны. Он был особенно разочарован, когда не мог найти слов, чтобы адекватно передать свое понимание природы. Он заметил, что, когда он использовал слово «природа», каждый человек видел только свое представление о природе, а не ее реальность. В конце концов он пришел к выводу, что нет необходимости давать ему имя или пытаться описать его. Когда кто-то просил его описать природу, как он ее понимал, он брал их на прогулку по своему саду и не говорил ни слова.
Наиболее ясно и без различий видят мир младенцы и маленькие дети. Они слышат пение птиц и чувствуют тепло солнца прямо и без осуждения. Однако по мере взросления дети знакомятся с миром теории относительности. Это начинается с языка и продолжается формальным образованием и, возможно, религиозным образованием. Г-н Фукуока объясняет:
Когда ребенок впервые видит луну, он просто восхищается. Затем, по прошествии определенного периода времени, ребенок учится различать субъект, «Я», и объект, «луну». Ребенок познает вещь, называемую луной, как «другое». Так что даже в структуре человеческого языка люди учат отделять себя от природы. Интимные и гармоничные отношения между людьми и природой, которые когда-то существовали, что мы видим в инстинктивном изумлении детей, становятся холодными и далекими. 9
Дети интуитивно знают свое место в природе, но, взрослые, мы должны работать, чтобы найти дорогу назад, если мы захотим это сделать. Задача состоит в том, чтобы вернуться к нашему изначальному уму, осознанию, которое у нас было до того, как мы осознали себя. Как люди, мы никогда не сможем отделить себя от природы или от границ биологического мира, но когда мы больше не чувствуем духовной связи с природой, мы приходим к убеждению, что естественный закон больше не применим к нам. Таким образом, это дает людям свободу действовать в мире так, как они хотят, и делать это «безнаказанно».

Ларри Корн - Революционер одной соломинки. Философия и работа Масанобу Фукуоки

Ларри Корн - Революционер одной соломинки. Философия и работа Масанобу Фукуоки

В большей части текста я упоминал Масанобу Фукуока как мистера Фукуока.
Это английское почтение эквивалентно японскому -сан, выражению уважения, используемому как для женщин, так и для мужчин. Официальным титулом г-на Фукуока был Фукуока-сенсей. В то время как слово сенсей или «учитель» может относиться к любому учителю, когда оно используется для учителей, обладающих высшим духовным пониманием, значение ближе к «мудрец». Большинство людей обращалось к нему просто как к сенсею, как я и называю его в повествовательные главы этой книги от первого лица. Сам по себе этот термин отражает как знакомство, так и уважение.

Дополнительные фотографии г-на Фукуока, его фермы и его путешествий можно найти на сайте www.onestrawrevolution.net.

Масанобу Фукуока (1913–2008) был величайшим японским фермером и философом с острова Сикоку. На протяжении более шестидесяти пяти лет г-н Фукуока разработал уникальный метод ведения сельского хозяйства, который может обратить вспять дегенеративную динамику современного сельского хозяйства. Естественное земледелие не требует техники, химикатов, готового компоста и очень мало прополки или обрезки. Мистер Фукуока не вспахивал почву и не затоплял свои рисовые поля, как это столетиями делали фермеры в Азии и во всем мире. Его метод требует меньше энергии, чем любой другой, не требует ископаемого топлива и не создает загрязнения, но плодородие почвы увеличивается с каждым сезоном. Несмотря на такой нестандартный подход, Урожайность была сопоставима с урожайностью самых продуктивных ферм Японии или превышала их.
Этот метод является демонстрацией философии возвращения к природе мистера Фукуока. «Это исходит из убеждения в том, что если человек временно отказывается от человеческой воли и, таким образом, позволяет себе руководствоваться природой, природа отвечает, обеспечивая все»1.

Его послание указывает путь к более светлому будущему для человечества, в будущее, в которое люди вернутся в им подходящее место в мире и тем самым обретают покой внутри себя. Он считал исцеление земли и очищение человеческого духа одним процессом и продемонстрировал образ жизни и способ ведения сельского хозяйства, в которых этот процесс может происходить.
В молодости г-н Фукуока покинул свой сельский дом и отправился в Иокогаму, чтобы продолжить карьеру микробиолога. Он был специалистом по болезням растений и несколько лет работал в лаборатории инспектором сельскохозяйственной таможни. Именно в то время, когда он был еще двадцатипятилетним молодым человеком, г. Фукуока пережил осознание, которое навсегда изменило его жизнь: он увидел, что природа идеально устроена и совершенно изобилует, как и было.
Люди с нашим ограниченным пониманием пытаются улучшить природу, думая, что результат будет лучше для людей, но неизменно появляются неблагоприятные побочные эффекты.
Затем мы принимаем меры по противодействию этим побочным эффектам, и возникают еще более серьезные проблемы. К настоящему времени почти все, что делают люди, - это устранение проблем, вызванных предыдущими ошибочными действиями. Все эти действия приводят только к потере усилий.
Г-н Фукуока считал, что людям с самого начала лучше вообще ничего не делать.
Он попытался объяснить свои идеи коллегам, но был отвергнут как чудак, сильно отстающий от времени. В конце концов он решил бросить работу и вернуться на свою семейную ферму, чтобы проверить правильность своих идей, применив их на своих полях.
В течение многих лет г-н Фукуока работал над совершенствованием своих методов, живя в маленькой хижине в своем цитрусовом саду и почти не контактируя ни с кем за пределами своей деревни. Его цель заключалась в том, чтобы дать природе свободу действий, устранив сдерживающий эффект ненужных сельскохозяйственных методов. Он наблюдал, как растения существуют в дикой природе, где без помощи людей росли огромные леса. Он видел здоровые саженцы риса, растущие на заброшенных полях, которые не вспахивались в течение многих лет, и овощи, которые волонтерствовали в промежутках между фруктовыми деревьями.

С тех пор он перестал пахать и перестал заливать свои рисовые поля. Он перестал сеять семена риса на рассаду весной, а вместо этого рассыпал их осенью, когда они, естественно, упали бы на землю. Вместо вспашки, чтобы избавиться от сорняков, он научился бороться с ними, разложив мульчу из рисовой и ячменной соломы и поддерживая постоянный почвенный покров из белого клевера. Как только ему удалось немного изменить условия в пользу урожая, г-н.
Фукуока как можно меньше вмешивался в жизнь растений и животных на своих полях и в саду. Со временем он обнаружил, что чем меньше он делал, тем продуктивнее откликалась земля. Он называл свой метод естественным земледелием *.

* Сельское хозяйство как можно проще в рамках естественного порядка и в сотрудничестве с ним, а не современный подход, основанный на применении все более сложных методов, чтобы полностью переделать природу на благо людей.

К собственному удовлетворению, что его метод невмешательства превосходит научное сельское хозяйство, он начал читать лекции и писать книги и статьи о своем опыте. Г-ну Фукуоке пришлось самостоятельно издавать свои первые книги, потому что он не мог найти издателя, готового рискнуть с идеями, так далекими от мейнстрима. Ситуация изменилась после первого нефтяного кризиса в начале 1970-х годов.
Внезапно все стали искать альтернативу производству продуктов питания с помощью нефти. В конце концов, издатель попросил г-на Фукуока написать книгу, рассказывающую о его методе естественного земледелия и о том, как он пришел к этому. Результатом стало Shizen Noho Wara Ippon no Kakumei (Natural Farming: The One-Straw Revolution), вышедшая в 1975 году.
Книга сразу не повлияла на Японию, но когда она была переведена на английский через несколько лет то стала сенсацией. Люди только начинали осознавать недостатки современной цивилизации и наносимый окружающей среде ущерб. Послание г-на Фукуока о том, что людям нужно делать меньше, а не больше, было похоже на столь необходимый бальзам для культуры, которая шла в ногу с путем прогресса, не имея в виду очевидной цели, и многие приняли ее. «Чем больше людей делают, - писал он, - тем больше развивается общество, тем больше возникает проблем. Растущее запустение природы, истощение ресурсов, беспокойство и распад человеческого духа - все это вызвано попытками человечества чего-то достичь »2.

Привлекательность революции одной соломинки: знакомство с естественным

Однако земледелие, как книга называлась по-английски, не ограничивалось философией мистера Фукуока. Пример его метода органического земледелия без обработки почвы был столь же провокационным. Многие фермеры и исследователи, даже в основном в сельском хозяйстве, давно знали, что вспашка почвы создает множество проблем.
Они пытались разработать систему нулевой обработки почвы для зерновых и других культур, которая позволила бы избежать использования такого большого количества энергии, выжигания органических веществ в почве и возникновения эрозии, но никто не мог понять, как это сделать, по крайней мере, не поливая поля гербицидами и химическими удобрениями. Демонстрация г-на Фукуока показала, что это действительно возможно; Фактически, он успешно делал это уже почти три десятилетия. В последующие годы после публикации книги на ферму г-на Фукуока приезжали сельскохозяйственные ученые со всего мира, чтобы лично проверить его работу.

Именно эти два аспекта вместе, неотразимая философия и практическое применение, сделали послание г-на Фукуока таким сильным. Хотя ленивое земледелие противоречит самым фундаментальным ценностям современного общества, выводам науки и традиционным ноу-хау, на которые фермеры полагались веками, люди слушали, потому что г-н Фукуока говорил с авторитетом, который может исходить только от знаний, опыта и ощутимых результатов вместе взятых. Когда посетители восхищались его полями и говорили, что не могут поверить, что таким образом можно выращивать урожай, г-н Фукуока скромно сказал: «Что ж, доказательство созревает прямо на ваших глазах».
«Революция одной соломинки» была переведена более чем на двадцать пять языков, г-н Фукуока приобрел международную репутацию и начал путешествовать за границу. Начиная с его первого визита в Калифорнию, затем в Европу, В Африку, Индию, Китай и Юго-Восточную Азию он воочию увидел, как человеческая деятельность превращает Землю в пустыню. Его внимание сместилось с мелкомасштабного, диверсифицированного земледелия на поиск способов восстановления антропогенных пустынь мира с использованием того же подхода, который был так успешен на его собственной ферме в Японии.
Сегодня г-н Фукуока известен как один из лидеров-основателей всемирного движения за природное земледелие и один из великих философов современности.
Его с уважением называют сенсеем в Японии, риши в Индии и мудрецом на Западе, и он получил множество международных наград. Однако, несмотря на все похвалы и несмотря на пространные объяснения, которые он давал в лекциях, книгах и статьях, мало кто сегодня может с уверенностью сказать, что они понимают, что такое естественное земледелие. И при всех преимуществах его технологии органического земледелия по нулевой обработке почвы можно подумать, что многие фермеры во всем мире последовали бы примеру г-на Фукуока, но факт в том, что немногие люди сегодня практикуют естественное земледелие.

Хотя причины его сложны, само естественное земледелие - просто. Фактически, г. Фукуока считал его «до неприличия простым». Однако простота - это не то понятие, которое легко понять или оценить в современном мире. В этой книге я попытаюсь показать, насколько просто натуральное земледелие на самом деле и почему делать меньше, а не больше, - это наша единственная реальная надежда на восстановление здоровых отношений с землей.
Моя первая встреча с г-ном Фукуока произошла летом 1974 года, когда мне было двадцать шесть лет. Я жил в Японии несколько лет, работая на традиционных фермах и в сельских общинах. Я часто слышал, как люди говорят о мистере Фукуоке, всегда с уважением к его духовным учениям, но никто из тех, кого я встречал, на самом деле не был на его ферме и не знал подробностей его метода ведения сельского хозяйства. Однако истории были невероятными. Один человек сказал, что г. Фукуока просто разбросал семена по полю, а затем провел остаток времени в медитации.
Другой слышал, что он возделывал землю среди сорняков и клевера, не вспахивая, не затопляя рисовые поля и не обрезая фруктовые деревья, но все же смог получить высокие урожаи. Все это звучало увлекательно, поэтому однажды я решил лично посетить его ферму.
Прибыв в его деревню, я направился к рисовым полям. Было легко определить, какое из них было Фукуокино. Рис был короче среднего, цвет был темно-зеленым, почти оливковым, и на каждой головке было намного больше зерен.

Поверхность была покрыта соломой, белым клевером и сорняками, повсюду были насекомые и пауки. Это резко контрастировало с соседними полями, которые состояли из аккуратных рядов бледных рисовых растений, растущих на затопленном поле без каких-либо сорняков или насекомых. Мистер Фукуока увидел меня, подошел и представился. Он объяснил, что причина того, что рис рос таким образом, заключалась в том, что он не использовал никаких химикатов, а почва не вспахивалась более двадцати пяти лет.
Его сад был не менее замечательным. Вместо обычных рядов аккуратно подстриженных деревьев, росших на голой земле, его цитрусовые деревья были разбросаны тут и там среди пышной растительности, которая в большинстве случаев доходила до пояса. Было бесчисленное множество других фруктовых и ореховых деревьев, кустов, ягод и лиан, а в промежутках между фруктовыми деревьями росли овощи. Насекомые жужжали от цветков до цветков, а цыплята бегали повсюду. В то время г-н Фукуока приглашал студентов работать на ферме, пока он их учил. Я ухватился за возможность и провел следующие два года, живя в одной из скромных глинобитных хижин в саду. Ежедневно выполняя сельскохозяйственную работу и беседуя с мистером Фукуока и другими студентами-сотрудниками, детали метода г-на Фукуока и лежащая в его основе философия постепенно стали ясны мне.
Пока я был там, было опубликовано японское издание The One-Straw Revolution. После того, как мы его прочитали, мы с другим студентом решили перевести его на Английский и опубликовать в Соединенных Штатах. Мы считали, что Философия Фукуоки и его сельскохозяйственный пример были слишком важны, чтобы томиться в Японии, где он много лет работал в условиях виртуальной анонимности. Когда у нас был мотив, который мы сочли разумным, мне доверили поехать США
, чтобы найти издателя.
Вскоре после того, как несколько лет спустя было опубликовано англоязычное издание книги, г-н Фукуока получил приглашение приехать в Соединенные Штаты. Я организовал шестинедельный тур по Калифорнии, Нью-Йорку и Новой Англии и сопровождал его в качестве переводчика и гида. Это была его первая поездка за пределы Японии и первый полет на самолете. Семь лет спустя, в 1986 году, я сопровождал его в другом шестинедельном туре, который также включал Орегон и Вашингтон, а также выступления на нескольких крупных международных конференциях. По пути мы встретили много людей, посетили бесчисленные фермы и множество природных территорий. Мне было интересно увидеть его первые впечатления, когда он приезжал в новые места и знакомился с новыми людьми. Каждая остановка была уникальной, и каждый его доклад был особенным.
Хотя я не возвращался в Японию с 1976 года, я продолжал работать, чтобы сделать способ ведения сельского хозяйства и философию г-на Фукуока доступным для людей в других частях мира. Я проводил лекции и семинары, а иногда писал статьи для газет и журналов. Я также работал почвоведом в Департаменте лесного хозяйства Калифорнии, в розничном питомнике в Беркли, Калифорния, а затем в оптовом питомнике в районе залива Монтерей. В 1987 году я вернулся в Беркли, где я более двадцати лет руководил собственным бизнесом по благоустройству участков у жилых домов, пока подрастала моя дочь Лия. Весной 2008 года я закрыл Mu Landscaping и переехал в Ашленд, небольшой городок на юге Орегона, чтобы снова работать полный рабочий день, продвигая естественное земледелие и помогая строить устойчивые, самодостаточные местные сообщества.

Некоторые книги г-на Фукуока переведены на английский язык. Первая, One-Straw Revolution (Rodale Press, 1978) была задумана как введение как в его мировоззрение, так и в методы ведения сельского хозяйства, которые он разработал в соответствии с ним. В книге он рассказывает историю того, как он начал заниматься сельским хозяйством, дает обзор своей философии и методов ведения сельского хозяйства, а также обсуждает свои взгляды на такие вещи, как диета, экономика, политика, наука, формальное образование и трудности, кои человечество создало для себя, когда оно решило отделить себя от природы.
В своих следующих книгах, The Natural Way of Farming (Japan Publications, 1985) и Road Back To Nature, 1988, г. Фукуока подробно рассказывает о своих методах ведения сельского хозяйства и о том, как они развивались с годами. Это в основном практично и особенно полезно для тех, кто заинтересован в применении методов естественного земледелия г-на Фукуока на своей земле. В книге
«Семена сею в пустыне» (Chelsea Green Publishing, 2012) г-н Фукуока более подробно объясняет свою философию, а также затрагивает такие темы, как эволюция, Восточная и западная медицина, страх смерти, недостатки науки, экономики, генетически модифицированные организмы (ГМО) и всевозможные опасности выращивания продуктов питания, как если бы они были промышленным товаром. Он также обсуждает свои путешествия в Африку, Индию, Юго-Восточную Азию и Соединенные Штаты, а также представляет свой план по озеленению антропогенных пустынь мира с помощью естественного земледелия.

Большинство людей знают о естественном земледелии только по книгам г-на Фукуока, но книги могут увести читателя далеко. Хотя он подробно описал форму естественного земледелия в условиях его фермы на острове Сикоку, многие люди все еще надеялись, что он даст простой для понимания рецепт, который можно было бы применять во всех местах. В каком-то смысле он это делает, потому что он прокладывает путь, который может использовать каждый, чтобы воссоединиться с природой. Когда это происходит, люди интуитивно знают, что делать в любых условиях, в которых они оказались. Однако эта часть сообщения часто остается неуслышанной, потому что люди настаивают на простых, практических решениях, которые апеллируют к их аналитическому мышлению. Еще одним препятствием для западных читателей является то, что г-н Фукуока объясняет свою философию, используя Японскую культурную систему координат. Такие термины, как не ум, ничего не делать практически бессмысленны для большинства жителей Запада. Однако культурные различия даже глубже, чем разница между Востоком и Западом.

Естественное земледелие почти идентично мировоззрению и способам коренных народов. * Они жили в естественном мире, используя его, не истощая способность природы восполнять себя. Их культура основывалась на знаниях и практических навыках, которые передавались по непрерывной цепи с самого начала человеческого существования. С другой стороны, современное общество ** отдалилось от природы и живет в мире, созданном им самим.
Он основан на предположении, что мир можно понять только с помощью аналитического мышления и эмпиризма науки. Это блокирует доступ людей не только к миру, каков он есть на самом деле, но и к пониманию природы как что Г-н Фукуока так отчаянно пытался объяснить.

* Люди, изначально населявшие определенную территорию или регион мира. Примерно десять тысяч лет назад коренные жители жили в каждом уголке земли, в основном племенами. Каждое сообщество было отличным и уникальным, хотя у них было схожее мировоззрение и этический кодекс, которые позволяли им жить устойчиво на протяжении многих тысяч лет. Этот термин также относится к остаткам этих культур, которые все еще живут сегодня. Слово «коренной» почти идентично по значению слову «местный» и, когда речь идет о человеческих сообществах, часто используется как синоним слова «племенной».

** Наша нынешняя мировая культура, которая развивалась в течение последних восьми тысяч - десяти тысяч лет, примерно совпадая с развитием и подъемом сельского хозяйства.

Я решил написать эту книгу, чтобы прояснить эту путаницу и ответить на некоторые вопросы, которые время от времени возникают о естественном земледелии. Я считаю, что это первая книга на английском языке, написанная о мистере Фукуоке, его творчестве и философии, не им самим. Я попытаюсь объяснить его понимание таким образом, чтобы западным людям было легче понять, потому что это будет происходить моими глазами - глазами западного человека, который вырос в городе и не получил такого поучительного опыта, как тот, что Мистер. Фукуока - до того, как я прибыл на его ферму. Я посвятил первые главы этой книги истории г-на Фукуока, его философии и естественному земледелию, увиденным моими глазами и опытом одного из учеников г-на Фукуоки. Но сами по себе эти главы не могут объяснить естественное земледелие и то, как оно сочетается с другими формами сельского хозяйства.
Способы коренных народов и традиционное японское сельское хозяйство имеют много общего с естественным земледелием. Действительно, коренные народы почти идентичны; с японским сельским хозяйством есть как сходства, так и различия. С другой стороны, научное и органическое сельское хозяйство и пермакультура фундаментально отличаются от натурального земледелия, поскольку они основаны на восприятии и ценностях современной культуры.

На протяжении многих лет, когда я обучал западных людей, таких как я, естественному земледелию, я обнаружил, что эти сравнения часто являются наиболее эффективным способом объяснить, что такое натуральное сельское хозяйство, а что нет. А поскольку натуральное земледелие касается не только сельского хозяйства, казалось уместным, что последняя глава должна быть посвящена тому, как каждый может использовать натуральное земледелие для личного роста и развития, а также для того, чтобы вести более богатую и полноценную жизнь.
Мне повезло, что я жил на ферме г-на Фукуока и получил у него непосредственное обучение. Я работал с ним бок о бок на рисовых полях и в саду, а также путешествовал с ним и его женой Аяко-сан по Соединенным Штатам. По его просьбе мы даже посетили моих родителей в Лос-Анджелесе на пару дней. У нас были очень близкие личные отношения, хотя всегда на основе отношений учителя и ученика. Видя, как он работает в поле, общается с другими, читает лекции и внимательно слушает, как он отвечает на вопросы, я значительно расширил мое понимание его образа мыслей. Не у всех была такая возможность, поэтому в этой книге я также делюсь своим собственным опытом - каково это было приехать на его ферму и впервые увидеть его поля, жить и работать с другими учениками на «горе» и услышать, как г-н Фукуока объяснил свои техники и идеи в контексте повседневного опыта.

Джозеф Голдстейн - Мы втягиваемся в беспокойную мыслительную деятельность из-за глубоко укоренившейс

Джозеф Голдстейн - Мы втягиваемся в беспокойную мыслительную деятельность из-за глубоко укоренившейся идеи, что мышление ведет к мудрости


18

Беспокойство и беспокойство


ЧЕТВЕРТАЯ ИЗ ПРЕПЯТСТВИЙ, которую Будда упоминает в Сатипатхана сутте, - это состояния ума беспокойства. На пали слово «беспокойство» звучит как уддакча, что означает возбуждение, возбуждение или отвлечение. Иногда это переводят как «дрожь наверху», когда ум не погружается в объект, а парит вокруг него. «Беспокойство» - буквально, без отдыха - выражает все эти аспекты. На пали слово «беспокойство» звучит как куккуча, что означает состояние ума, выражающее сожаление или тревогу. Это относится к тому, как мы относимся к тому, что не сделали того, что должны были делать, и к тому, что сделали то, чего не должны были делать. Хотя возбуждение почти всегда сопровождает беспокойство, возбуждение может присутствовать без беспокойства или сожаления.

Как проявляются беспокойство и возбуждение
В первых инструкциях, которые мы практикуем с каждым из препятствий, мы просто замечаем, присутствует ли препятствие в уме или нет. Как и в случае с другими препятствиями - желанием, отвращением, ленью и оцепенением - беспокойство и возбуждение проявляются как очевидные, так и тонкие. Мы хорошо знакомы с очевидными проявлениями беспокойства. Мы можем чувствовать физическое беспокойство, когда в теле присутствует возбужденная энергия, и мы не можем сидеть на месте. Выражение «выпрыгивать из кожи» описывает этот опыт. В уме также есть очевидные беспокойные состояния. Мы можем постоянно теряться в мыслях разного рода и ощущать их как своего рода внутреннюю суматоху или вихрь.

Разум Йога
Психическое беспокойство часто носит навязчивый характер. Одно из его проявлений - это то, что мы называем «умом йогина». Йогин - это термин, который мы используем для всех, кто медитирует, и во время интенсивных ретритов мы иногда проходим времена, когда наши мысли совершенно не соответствуют их важности или даже теряют связи с реальностью. На одном ретрите в Обществе медитации прозрения я начал слышать звуки воды в трубах отопления, когда люди разговаривали на кухне, которая была довольно далеко. Я был настолько убежден в реальности этих разговоров, что мне пришлось спуститься на кухню, чтобы убедиться, что все в порядке. На другом ретрите один йог попросил менеджеров написать авиакомпаниям, чтобы они изменили маршрут полетов над головой, потому что они мешают его практике. Иногда в муках беспокойного ума мы настолько теряемся в собственных навязчивых мыслях, что теряем связь с реальностью того, что на самом деле происходит.

Тонкие виды беспокойства
Есть и более тонкие виды беспокойства. Иногда наша практика идет очень хорошо, осознанность не требует усилий, а концентрация достаточно сильна. Тем не менее, даже в это время, а может быть, всего на несколько секунд, ум может появляться и исчезать из быстро проходящих мыслей. Поток внимательности может быть достаточно сильным, чтобы мы не слишком отвлекались на него, но интересно распознать это как своего рода беспокойство ума.
Беспокойство и возбуждение, а также другие омрачения могут проявляться и другими очень тонкими способами. Есть история об Ануруддхе, одном из великих учеников Будды, который отправился к Сарипутте, который уступал только Будде в своей мудрости:

Когда Ануруддха все больше и больше совершенствовался в джханах и в этих утонченных медитативных восприятиях, он однажды пошел к Достопочтенному Сарипутте и сказал: «Друг Сарипутта, божественным оком, которое очищено, превосходя человеческое зрение, я могу видеть тысячекратную мировую систему. Твердая моя энергия непрекращается; моя внимательность бдительна и не смущена; тело спокойно и невозмутимо; мой ум сосредоточен и однонаправлен. И все же мой разум не освобожден от язвы, не освобожден от цепляния ".
На это Сарипутта ответил: «Друг Ануруддха, если ты так думаешь о своем божественном оке, это в тебе самомнение. То, что вы так думаете о своей твердой энергии, бдительной внимательности, невозмутимом теле и сосредоточенном уме: это беспокойство в вас. То, что вы думаете, что ваш разум не освободился от язвы: это вас беспокоит. Было бы действительно хорошо, если бы вы оставили эти три состояния ума и, не обращая на них внимания, направили свой ум на бессмертный элемент, Ниббану »1.

Подобно лени и оцепенению, ментальный фактор беспокойства не искореняется полностью до полного просветления, поэтому даже когда мы видим сквозь иллюзию «я» и свободны от желаний и отвращений, это тонкое беспокойство и цепляние ума все еще присутствуют. Размышления об этом могут помочь нам быть более терпеливыми в периоды беспокойства, понимая, что это состояние ума имеет глубокие корни.

Общая тревога
Беспокойство тоже проявляется по-разному. Иногда это форма раскаяния или сожаления о прошлых неумелых действиях или об умелых действиях, которые остались невыполненными. Иногда мы беспокоимся о каком-то воображаемом будущем, о вещах, которых даже не произошли. Один друг рассказал мне о навязчивом беспокойстве о близких, о том, что может случиться, хотя в данный момент все было хорошо. Нас часто беспокоят ожидаемые проблемы. Я заметил это во время путешествий. Рейс, на котором я сейчас, может быть немного опоздал, и я беспокоюсь, смогу ли я долететь. Чувствуя некоторую тревогу и напряжение, я сижу в кресле, призывая самолет лететь быстрее. В подобных ситуациях полезно задуматься о том, что беспокойство абсолютно не влияет на результат. Мы просто делаем себя напряженными и несчастными.

Сравнивая разум
Иногда мы беспокоимся о своей практике. В то время как цели и устремления являются ключевыми элементами в наших духовных путешествиях, разум может легко быть чрезмерно озабочен нашим прогрессом, тем, как мы думаем, что мы делаем, зацикливаться на своем просветлении или его отсутствии. С таким беспокойством очень легко впасть в самооценку, в своего рода духовную поглощенность собой. Мы начинаем сравнивать себя с другими медитирующими - по длине наших сидений, количеству принимаемой пищи, насколько медленно мы движемся - и наш разум легко может волноваться из-за этого беспокойства по поводу нашей практики. Мы теряем простоту легкого отдыха в данный момент, памятуя обо всем, что возникает.

ЗНАЙТЕ ПРИЧИНЫ БЕСПОКОЙСТВА И ЗАБОЛЕВАНИЯ
Итак, первые инструкции по поводу этого препятствия - просто заметить, присутствуют ли эти ментальные состояния или нет. Как сказал Будда в сутте:

«Если присутствует беспокойство и беспокойство. . . известно, что есть беспокойство и беспокойство. . . '; если беспокойства и беспокойства нет. . . , известно, что «беспокойства и беспокойства нет». . . '”2

Затем, как и в случае с другими препятствиями, мы распознаем и исследуем, что вызывает эти состояния.

Нарушение баланса концентрации и энергии
Базовая основа для понимания причин возникновения беспокойства - рассматривать его как дисбаланс концентрации и энергии. Беспокойство часто возникает из-за избытка энергии и недостаточной концентрации или устойчивости ума, чтобы удержать ее. Как будто энергия проливается через края контейнера.
Этот дисбаланс может возникать по разным причинам. Это может происходить из-за неразумного внимания к нашим мыслям или из-за психических состояний беспокойства. Мы втягиваемся в содержание нашего разума. Это особенно верно для людей со склонностью к мышлению, а это почти все мы. Нам нужно четко видеть эту тенденцию. Сарипутта, один из двух главных учеников Будды, принадлежал к этому племени. Его огромные аналитические способности немного замедлили его прогресс, поэтому после того, как он услышал учения, ему потребовалось две недели, чтобы стать полностью просветленным, в то время как Могаллану потребовалась только одна.
Иногда мы втягиваемся в беспокойную мыслительную деятельность из-за глубоко укоренившейся идеи, что мышление ведет к мудрости. Конечно, мысли могут быть творческими и вести к более глубокому пониманию, но есть целая область проницательности и мудрости, выходящая за рамки дискурсивного мышления. Это область, которая никогда не может прийти через мыслительный процесс, но только через непосредственный опыт. Независимо от того, сколько мы читаем или думаем о хорошей еде, она никогда не даст нам опыта ее поесть.

Неразумное внимание
Беспокойство и возбуждение также возникают из-за неразумного внимания к ситуациям в мире. Это не означает, что мы должны быть апатичными или невосприимчивыми; скорее, это означает, что мы должны исследовать вещи глазами мудрости и посмотреть, какой может быть соответствующий ответ. Психическое возбуждение не приносит ничего, кроме еще большего замешательства. Св. Иоанн Креститель прямо выразил это, когда сказал: «Беспокойство - всегда тщеславие, потому что оно не приносит пользы. Да, даже если бы весь мир и все в нем были в замешательстве, беспокойство по этому поводу все равно было бы тщеславием ».

Слишком много разговоров
Одно из условий возникновения беспокойства, упомянутое в буддийских текстах, особенно актуально в наш век мгновенного общения - провокационные разговоры и длительные дискуссии. Хотя в тихом уединении разговоры могут быть минимальными, простота и доступность электронных устройств часто соблазняют нас различными видами общения. Мы можем подумать, что короткое электронное письмо или текстовое сообщение несущественно, забыв, насколько энергично мы можем быть открытыми. То, что мы считаем мелочью, может иметь огромный волновой эффект, возбуждая ум и затрудняя удержание концентрации.

Остановка на прошлых неумелых действиях
Еще одна причина возникновения беспокойства и сожаления - это воспоминания о прошлых неумелых действиях, совершенных или упущенных. Эти мысли и воспоминания могут стать очень яркими в тишине нашей медитативной практики. С одной стороны, осознание этих воспоминаний является частью процесса очищения - ясного видения того, что является нездоровым, извлечения уроков из этого и затем отпускания. Но часто разум зациклен на этих прошлых действиях и просто погряз в самооценке и самообвинениях.
Чтобы увидеть и понять эту причину беспокойства, возбуждения и сожаления более ясно и конкретно, полезно изучить то, что Будда назвал «десятью нездоровыми действиями». Это действия, которые причиняют вред другим, приводят к угрызениям совести в нас самих и приводят к нежелательным кармическим результатам. Есть три нездоровых действия тела: убийство, воровство и сексуальные проступки. Существует четыре вредных действия речи: ложь, грубая речь, злословие и бесполезные разговоры. И есть три нездоровых действия ума: жадность, недоброжелательность и неправильное представление о себе. Мы можем поразмышлять над ними и вспомнить, как каждый из них становится причиной психических расстройств.

Судить о собственном прогрессе на пути
Беспокойство и возбуждение также возникают из-за чрезмерного стремления в нашей практике и чрезмерной озабоченности своим прогрессом или уровнем проницательности. Мы можем увязнуть в том, что я называю «кассетами с практическими оценками», когда мы постоянно судим и оцениваем, как мы делаем. Когда я был маленьким мальчиком, я посадил свой первый сад. Затем, когда ботва моркови начала выходить из земли, я был так взволнован, что вытащил их, чтобы посмотреть, насколько они выросли. Не очень хорошая стратегия для выращивания овощей - да и вообще чего-нибудь еще. Спустя годы, в те моменты моей медитативной практики, когда было много самооценки по поводу того, что я делаю, я начал напоминать себе: «Джозеф, просто сиди и иди. Пусть все остальное сделает Дхарма ». Корейский мастер дзен Сунг Сан Суним хорошо выразился: «Не проверяй. Просто иди прямо ».

УЗНАЙТЕ, КАКИЕ УСЛОВИЯ УДАЛЕНИЯ БЕСПОКОЙНОСТИ И ЗАБОТЫ
После размышления и понимания причин возникновения беспокойства и возбуждения следующим шагом будет знание того, как работать с ними, когда они возникли.

Практикуйте внимательность
Как и в случае со всеми другими препятствиями, внимательность к самим состояниям - это первый подход: «Желание таково», «Беспокойство такое». А затем, обращая внимание на мудрость, вы практикуете видеть их не «моими», не «я», не «собой». Я обнаружил, что иногда полезно использовать палийские слова, чтобы отметить помехи, поскольку эти слова могут помочь обезличить их, увидеть их свободными от всех ассоциаций и коннотаций английских слов.
Когда мы чувствуем, что ум не сосредоточен на объекте, не находится в состоянии покоя, мы можем осознать само беспокойство. Обратите внимание на физические энергии в теле. Обратите внимание на разницу в эмоциональном тоне беспокойства и возбуждения, чтобы вы могли отличить одно от другого. Беспокойство становится более рассеянным; беспокойство становится более тревожным.
Когда мы начинаем осознавать эти состояния ума, а не теряемся в них, само внимание начинает приводить факторы концентрации и энергии в равновесие. Это может произойти двумя способами. Во-первых, мы можем стать внимательными, как с широкоугольным объективом. Мы расслабляемся, осознавая все тело, просто чувствуя и замечая весь вихрь физической и умственной энергии. Иногда я представляю это препятствие как картину Джексона Поллока, и внимательность - это рамка, которой мы ее окружаем. Назначение рамки - помочь нам увидеть картинку более четко.

Будьте точны со своим вниманием
Второй подход к уравновешиванию энергии и концентрации - использование ментального зума. В этом случае мы более точно фокусируем ум на конкретном объекте, таком как дыхание, или становимся довольно точными в движении, повышая качество самообладания в наших движениях. Оба эти действия помогают успокоить все навязчивые мысли в уме.
На одном ретрите в Непале мы все жили в довольно тяжелых условиях. Нас было пятеро на цементном полу, рядом с туалетами, и монастырь был наполнен городским шумом. Мой разум немного ворчал из-за того, что я принимал все эти отвлечения. Когда я пошел рассказать о своем опыте Саядо У Пахите, он дал всего несколько слов совета: «Будьте внимательнее». Моя самая первая внутренняя реакция была несколько пренебрежительной; Я думал, что он не очень серьезно относился к моим опасениям. Но затем, когда я начал медитацию при ходьбе на улице, я решил применить его слова на практике. Я стал более внимательным, внимательно отслеживая даже самые тонкие ощущения от движения. И, к моему большому удивлению, именно в момент этого более внимательного внимания все мысленное ворчание исчезло. С более точной внимательностью,, не было места для возникновения этого препятствия.
Здесь действуют три умственных фактора, усиливающих концентрацию по отношению к энергии. Мы обсудили первые два, начальное и постоянное применение, в предыдущей главе, посвященной работе с ленью и оцепенением. Третий фактор, усиливающий концентрацию, - это внимательность, то есть осознание того, что представляет собой переживание.

Открой свои глаза
Еще один простой подход к работе с беспокойным умом - открыть глаза, когда мы потерялись в потоках дискурсивных мыслей. Иногда просто наличие физической точки отсчета для того, где мы на самом деле находимся, помогает связать нас с реальностью момента, а не быть унесенным импульсом мыслительного процесса.

Практикуйте мудрое размышление
Если мы пытаемся сохранять внимательность всеми этими способами, но все еще теряемся в суматохе умственной деятельности, мудрое размышление может помочь сбалансировать ситуацию. Мы можем задуматься о нашей цели практики. Зачем мы это делаем? Мы можем помнить, что основная цель всех наших усилий - очищение нашего разума, освобождение от сил жадности, ненависти и невежества. И мы можем помнить, что делаем это не только для себя, но и на благо всех. В этом размышлении мы вновь соединяемся с нашим уважением к практике и уважением к самим себе в ее выполнении.
Когда мы вспоминаем о своем чувстве цели, нам легче снова соединиться с объектом осознания, чтобы помнить о том, что там есть. И когда рассеянный, рассредоточенный ум начинает останавливаться на опыте настоящего момента, мы переходим от беспокойства к успокоению, и наша практика продолжает углубляться.
Размышление о нашей нынешней приверженности шиле, этичному поведению, может избавить ум от чрезмерного беспокойства, сожаления или вины за прошлые поступки. Все мы, включая Будду, в прошлом совершали неумелые поступки. Вместо того, чтобы забывать, подавлять или погрязнуть в самообвинениях, мы можем с мудростью увидеть эти прошлые неумелые действия, извлечь уроки из ошибок и черпать силу и уверенность в своем стремлении не причинять вреда. Замечательная строчка из стихотворения «Св. «Фрэнсис и свинья» Голуэя Киннелла выражает это понимание: «[Иногда] необходимо заново научить вещи их красоте. . . пока она не расцветет изнутри самообладания».
Расцвет изнутри самообладания требует различения вины и раскаяния. Вина - это нездоровый фактор разума, который просто усиливает самоощущение негативным самооценкой: «Я такой плохой» с акцентом на «Я». Вина - это просто поездка эго. С другой стороны, раскаяние признает действие, понимает его неблагополучие, исправляет, когда это возможно, и затем движется дальше. Это акт самопрощения, который честен в своей оценке и мудр в своем понимании непостоянства и бескорыстия.
Хотя в момент самоосуждения это сложно, полезно сохранять чувство юмора в нашем сознании, когда мы видим эти модели: «Да, это то, что делает мой разум. Самоосуждение похоже на это ». Одна из техник, которые я использовал для хорошего эффекта, когда я замечаю много самооценок или суждений других, - это начать подсчет количества раз, когда суждения появляются в уме: «самосуждение один, самооценка два, . . . самооценка пятьсот тридцать восемь ». В какой-то момент я просто начинаю улыбаться своему разуму, видя, как нелепо верить суждениям или даже осуждать их, что, в свою очередь, было бы просто еще одним суждением. Как только я могу улыбнуться этой работе ума, этот конкретный паттерн теряет большую часть своей силы.

Знайте, что осведомленность уже присутствует
Наконец, когда мы чрезмерно озабочены своей практикой и нашим прогрессом на пути, мы можем уравновесить линейную модель пути с перспективой, которая больше подчеркивается в традициях тайского или тибетского Дзогчен: понимание того, что ум пуст. , знающая природа уже здесь. С этой точки зрения, это не то, что нам нужно получить или развить, а то, что нам нужно признать и к чему мы должны вернуться. Я использовал два напоминания с большой пользой в своей практике: «Уже в курсе» и «Это уже здесь».
Мы можем предотвратить в будущем беспокойство и беспокойство множеством способов. С того момента, как мы вновь принимаем шилу непричинения вреда, наш ум обретает свободу от отсутствия сожаления. Даже если в прошлом мы совершали неумелые поступки, как и все мы, мы знаем, что с этого момента мы заботимся о своих действиях тела, речи и ума. Это, конечно, не что иное, как следование восьмиступенчатому пути практики, который мы исследуем более подробно в следующих главах. Чтение книг по дхарме, общение с хорошими друзьями, общение с мудрыми учителями - все это помогает уму оставаться свободным от беспокойства и волнения, которые еще не возникли.

Джозеф Голдстейн - В нашей жизни мы в основном используем энергию стимуляции - от взаимодействия с д

Джозеф Голдстейн - В нашей жизни мы в основном используем энергию стимуляции - от взаимодействия с другими людьми, чашек кофе или интернета! Нам не нужно следовать желаниям, потакать или в гневе бороться с сонливостью, чтобы она прошла!

17

Лень и оцепенение

ХОТЯ Лень и оцепенение - два разных ментальных фактора, они тесно связаны и всегда возникают в сочетании друг с другом. Мы можем кратко обсудить это различие, но по большей части мы будем рассматривать их как пару, исследуя их наличие или отсутствие и условия их возникновения, устранения и предотвращения.
Лень - это вялость ума, сознания, рассеивающего энергию. Это недостаток движущей силы, и мы чувствуем это как своего рода состояние погружения. Оцепенение - это притупленное или ослабленное состояние психических факторов, делающее их громоздкими. В этом состоянии нет умственной ловкости или податливости. Оцепенение похоже на тяжелое одеяло, подавляющее различные психические факторы, и мы воспринимаем его как опущение, кивание или сонливость. Итак, леность связана с тупостью сознания, а оцепенение - с тупостью или тяжестью умственных факторов.
Когда лень и оцепенение сильны, разум описывается как «инертный, как летучая мышь, цепляющаяся за дерево, как патока, цепляющаяся за палку, или как масло, которое слишком трудно намазать». Эта сонливость или вялость очень характерны для людей в начале ретрита, особенно когда они приходят из занятой, беспокойной жизни. В нашей жизни мы в основном используем энергию стимуляции - от взаимодействия с другими людьми, чашек кофе или интернета. Когда люди входят в тишину и невозмутимость ретрита, часто возникают абстинентные симптомы вялости и сонливости. Но постепенно мы подключаемся к более глубокому источнику энергии внутри нас, и ум становится все более бодрствующим и бдительным без потребности во внешней стимуляции. Сонливость и вялость лени и оцепенения могут продолжаться время от времени,, возможно, в определенное время дня, но со временем становится легче работать с ними как с преходящими ментальными состояниями, а не как с какой-то определяющей характеристикой нашего разума.

Лень и оцепенение В ПРАКТИКЕ МЕДИТАЦИИ
Однако есть более тонкий аспект этих препятствий, который гораздо труднее распознать. Это не просто чувство сонливости, а, скорее, более глубокая закономерность или тенденция избегать трудностей. Это привычка уходить от проблем, а не пробуждать энергию и усилия для их решения. В таких ситуациях лень и оцепенение подобны передаче заднего хода в автомобиле: они никогда не идут вперед, чтобы встретить опыт, но всегда отступают.
Этот паттерн ухода от трудностей усиливает склонность к лени и бездействию, пассивности и летаргии. В это время нет ни энергии, ни силы, чтобы что-либо сделать или достичь. Здесь факторы лености и оцепенения не позволяют нам использовать ту силу, которая у нас есть.
Иногда это самоуспокоение проявляется на очевидных уровнях, а иногда - на очень тонких. Наша медитация может идти хорошо, все протекает без усилий, а затем, поскольку никаких очевидных усилий не требуется, вкрадываются лень и оцепенение. Мы испытываем ощущение движения по инерции, как будто мы думаем о круизе, а не о внимательной, но спокойной живости.
Как только лень и оцепенение овладевают умом, в какой бы то ни было форме, это препятствие любит держаться крепко и не отпускать. Это что-то вроде трехпалого ленивца, который висит на дереве и не двигается, даже если прямо рядом с ним выстрелит ружье. Это состояние соблазнительно, потому что здесь очень уютно и комфортно. Это ум любит кнопку повтора на будильнике. Вместо того, чтобы просыпаться бдительным и готовым к работе, это ум говорит: «О, еще несколько минут этого теплого и комфортного состояния».
Ленивость и оцепенение тоже мало волнуют энергичных людей. Однажды я был на ретрите в Австралии с Саядо У Пахитой. Человек, живущий в комнате через коридор от меня, был полон энергии. Он всегда ложился спать позже, чем я, и вставал рано утром. Сначала у меня было много мыслей о сравнении и самоосуждении, но через некоторое время я обнаружил, что проецирую на него все свои суждения о себе, видя все его недостатки. Затем, в момент прояснения, я увидел все это как безличное, различные психические факторы которые разыгрывают себя. Это была настоящая реакция лени и оцепенения на энергию - не мою. Когда я это понял, вся ситуация стала легче, свободнее, гармоничнее и, в конце концов, более вдохновляюще.

ЗНАЙТЕ ПРИЧИНЫ ЛЕНИ
Когда ум сужен под влиянием лености и оцепенения, в практике мало радости или удовольствия, и наша жизнь не приносит большого удовольствия. Мы всегда отступаем или сдерживаемся. Практика внимательности к дхаммам в отношении этого препятствия - мощный способ освободить ум от его влияния. Первые шаги - просто заметить, когда лень и оцепенение присутствуют, а когда их нет, чтобы мы могли распознать разницу. Мы очень ясно познаем свой разум.

Недовольство, скука, лень и сонливость
Познакомившись с их наличием или отсутствием, мы размышляем об условиях их возникновения. Удивительно, но главное условие, приведенное в текстах для возникновения лености и оцепенения, связано с фактором мудрости, а именно, неразумное или небрежное внимание к определенным состояниям ума, таким как недовольство, скука, лень и сонливость.

«Есть, монахи, недовольство, вялость, ленивое растягивание, сонливость после еды, вялость ума: частое проявление небрежного внимания к ним является питательной средой для возникновения не возникшей лени и оцепенения, а также для увеличения и расширения возникшей лени и оцепенения». 1

Это неразумное или небрежное внимание может означать, что вы думаете, что в этих состояниях нет ничего плохого, или потворствуете мыслям, которые их развивают: «Я действительно устал» или «Это так скучно». Подобно тому, как мысли часто вызывают эмоции желания и гнева, они также могут сильно обусловить возникновение лености и апатии. Иногда нас обманывают неразумным вниманием, потому что лень и оцепенение могут маскироваться под сострадание к самому себе. Мы можем чувствовать себя усталыми, скучными или беспокойными, а затем появляются лень и оцепенение, и очень добрым голосом мы говорим: «Если я буду работать слишком много, я, вероятно, заболею. Позволь мне позаботиться о себе. Немного подремать - это то, что нужно. Конечно, иногда нам нужен отдых, но часто нет; вместо этого просто вступает в игру способ уничтожения этого препятствия.

В первые годы моей практики я часто бывал на ретритах, где мы просыпались в четыре утра, а затем сидели два часа перед завтраком. У меня была мотивация попасть в зал пораньше, чтобы найти место у задней стены. Я начинал сидеть, а затем, немного погодя, прислонялся к стене и вскоре засыпал. Так продолжалось много дней. В какой-то момент я начал думать: «Это глупо. Я просто теряю время. Мне, наверное, следует поспать до завтрака, а потом хотя бы бодрствовать до конца дня ». Хотя эти мысли были настойчивыми, я не сдавался, а приходил в холл на утреннюю посиделку. Примечательно, что после четырех или пяти дней моего сна я однажды вошел в холл и все время не спал.
Это был важный урок для меня. Даже когда мы думаем, что в нашей практике ничего особенного не происходит и мы просто засыпаем, если мы продолжаем идти, намерение и энергия настойчивости в конечном итоге приносят плоды.

Трудные эмоции
Еще один аспект неразумного внимания - непризнание сложных эмоций. Могут возникнуть сильные и даже травматические эмоции, а иногда лень и оцепенение возникают как защита от их ощущения. Здесь необходима осторожность, потому что лень и оцепенение иногда действуют как соответствующие регуляторы того,насколько быстро возникают мощные подавленные чувства. Но для наших более обычных, обыденных неприятных ощущений возникновение лености и оцепенения может быть сигналом того, что, возможно, происходит что-то еще, на что мы должны обратить внимание. Это не значит, что мы должны чрезмерно анализировать или искать какие-то скрытые эмоции. Скорее, мы можем легко воспринять это понимание и просто взглянуть, чтобы увидеть, что там есть.

Переедание
Третья причина появления лени и оцепенения - переедание. Обратите внимание на то, как вы себя чувствуете сразу после приема пищи, и посмотрите, есть ли какая-то связь между душевным состоянием и количеством съеденной пищи. Будда предложил глотать пять глотков, чтобы почувствовать себя сытым. Трудно точно знать, когда это произойдет, но если помнить об этом предположении, мы лучше осознаем состояние своего желудка и не позволяем нам потакать желаниям и стремлениям нашего разума.
Иногда лень и оцепенение также могут возникать из-за недостаточного питания. Однажды в Бирме из-за сочетания диеты и того, что я был очень медленным и внимательным во время еды, я не ел достаточно еды и потерял двадцать фунтов. Я становился все слабее и слабее и иногда даже падал с сидячей позиции. Это был единственный раз, когда Саядо У Пандита посоветовал мне немного ослабить внимательность во время еды, чтобы я мог принимать достаточно еды для поддержания здоровья тела.

Нарушение баланса концентрации и энергии
Четвертое условие возникновения этого препятствия - дисбаланс концентрации и энергии. Если концентрация намного сильнее, чем энергия, мы иногда впадаем в то, что называется «тонущим умом». Это очень приятное, похожее на сон состояние, в котором присутствует чувство покоя, плавания, но не так много бдительности. Мы можем оставаться в этом состоянии в течение длительных периодов времени, наслаждаясь умом, который не возбужден, но, тем не менее, по-настоящему не бодрствует. Вы можете распознать это состояние в те времена, когда вы едете в машине или в поезде в долгое путешествие, и разум, кажется, скользит в промежуточное место между бодрствованием и сном. Оно расслабленно и приятно, но не хватает энергии, которая делает возможной внимательность.

УЗНАЙТЕ УСЛОВИЯ УДАЛЕНИЯ ЛЕНИ
Как только лень и оцепенение уже возникли, и мы исследовали до некоторой степени условия их возникновения, тогда созерцание дхамм исследует, как работать с этим препятствием и преодолевать его, как мы можем нагреть это застывшее состояние ума интересом, энергией и осведомленностью.

Практикуйте внимательность
Как и в случае с другими препятствиями, первая стратегия - просто помнить о них, делая лень и оцепенение самими объектами нашего внимания. Мы стараемся отмечать их, как только они возникают, и исследуем, как именно мы их переживаем. Вместо того, чтобы просто погрузиться в них, мы спрашиваем себя: «Что это за переживания, которые я называю сонливостью или вялостью?» Мы можем замечать особые ощущения в теле, чувства в уме. Мы можем заметить сужающийся, нестабильный, нисходящий характер сонливости. В это время, хотя у вас не так много энергии или бдительности, ум не беспокоен. Итак, если мы сможем проявить некоторую внимательность и интерес, то можно будет найти нити концентрации и спокойствия в самом сонном состоянии.
Иногда наша привязанность к ясности мешает нам глубоко осознавать сонливость или вялость. Мы можем так сильно с этим бороться, что на самом деле не можем ясно видеть эти состояния такими, какие они есть. На одном ретрите наша учитель Дипа Ма посоветовала нам спать только три часа в сутки и вообще не ложиться в течение дня. Это значительно выходило за рамки моего обычного режима практики, и я обнаружил, что очень устал в течение дня. Но Дипа Ма добавила еще одну инструкцию: «Если вы уснете, когда вы сидите, не беда». Это последнее напоминание было решающим. Когда я обнаружил, что киваю, сидя, я вспомнил слова Дипа Ма и просто расслабился в переживании, вместо того, чтобы изо всех сил бодрствовать, как я обычно делал. Произошло кое-что весьма поразительное: иногда я на несколько мгновений задремывал,, но из-за отсутствия борьбы я часто возвращался в сознание внезапным рывком, а затем был бодрствующим и бодрым до конца сеанса.

Великая сила внимательности здесь, как в случае с желанием или гневом, заключается в том, что мы можем быть со всеми этими состояниями, когда они возникают, и мы можем осознавать их, пока они не исчезнут. Внимательность и чистое внимание укрепляют наше понимание их непостоянства, поскольку мы понимаем, что нам не нужно следовать желаниям, потакать или в гневе бороться с сонливостью, чтобы она прошла. Мы видим, что все эти состояния приходят и уходят сами по себе.

Развивайте ясность ума
Но временами простой внимательности недостаточно, чтобы оставаться в сознании среди лени и оцепенения. Будда, как всегда прагматичный, предлагал и другие лекарства. Он сказал, что в качестве противоядия от этого препятствия мы должны развить ясность познания. Что это значит? Развитие ясности ума или ясности знания происходит несколькими способами.
Во-первых, она развивается благодаря внимательному отслеживанию большего количества объектов как способу прояснения сознания. Например, если мы отмечали или замечали дыхание как наш главный объект внимания, мы можем добавить несколько точек касания к циклу. Мы можем заметить место, где ягодицы соприкасаются с подушкой или стулом, или ощущение рук, лежащих на бедрах или друг на друге. Тогда запись опыта будет выглядеть так: «Вход, выход, касание, прикосновение. Вход, выход, касание, прикосновение ». Или мы можем добавить ощущение ощущения всего тела: «Вход, выход, сидение, прикосновение». Иногда также полезно добавить слух к сочетанию предметов. Звук - хороший объект, потому что обычно мы легко осознаем его возникновение. Когда мы включаем больше объектов в поле нашего осознания, ум становится более активным и внимательным, противодействие влиянию лени и оцепенения. Еще один способ развития ясности познания - это акцент на двух конкретных факторах ума. Первое называется витакка на пали, что иногда переводится как «начальное приложение», то есть нацеливание ума на объект. Второй фактор называется вичара, что означает «постоянное приложение», поддержание внимания на объекте. Vitakka - это пчела, которую сначала привлекает цветок, а затем Vicāra - это пчела, жужжащая вокруг него. Первоначальное и продолжительное применение - это факторы первой джханы, или сосредоточенного погружения, и они противостоят силам лени и оцепенения. Мы можем подчеркнуть эти факторы, сознательно не забывая стремиться к возникновению каждого объекта осознания и подключаться к нему, а затем поддерживать внимание на протяжении всего этого периода.
Ясность познания также означает развитие сияющего ума. В тибетском языке слова «сияющий» и «знающий» одинаковы. Поэтому, развивая сияющий ум, мы больше сосредотачиваемся на аспекте знания, чем на том, что нам известно. Делать это с ленью и оцепенением - это что-то вроде отражения тумана в зеркале. Несмотря на то, что туман как объект не очень различим, зеркало все же отлично его отражает. Здесь мы хотим больше осознавать зеркало, чем то, что в нем отражается. Точно так же, хотя притупленность и сонливость могут быть диффузными состояниями, знающий ум может знать их в совершенстве, и мы можем осознавать само знание.
Наконец, мы можем развить ясность познания, сосредоточившись на свете. Мы можем сделать это, просто направив наше внимание на восприятие света либо от внешнего источника, будь он естественным или искусственным, либо от некоторого внутреннего видения света в уме.

Откройте глаза или измените позу
Возможно, что даже с нашими попытками помнить о лености и оцепенении предлагаемыми способами и со всеми нашими усилиями по развитию ясности познания, это препятствие все еще может оказаться огромным. Но есть и другие резервные подкрепления, которые мы можем призвать, чтобы справиться с этим состоянием ума. Если мы чувствуем себя очень сонными, может быть полезно открыть глаза и сесть, слегка приподняв взгляд; это может потребовать некоторых усилий, но мы вряд ли задремаем.
У меня был один интересный опыт в то время, когда лень и оцепенение были особенно сильны в моей практике. После того, как я несколько раз кивнул, я решил сесть с открытыми глазами в очень преувеличенной манере, почти как мультипликационный персонаж. Когда я сел прямо, с открытыми глазами, я почувствовал, как накатывают волны сонливости. Все во мне просто хотелось закрыть глаза и задремать. Но я держал их открытыми, и я чувствовал, как волна сонливости проходит через мою голову, мимо глаз, в мое тело, а затем исчезает. Примерно через минуту пройдет другая волна. Это происходило пять или шесть раз, после чего я полностью просыпался. Это был важный урок в понимании того, что сонливость - это не какое-то монолитное, неизменное состояние, требующее от нас спать.
Некоторые из других советов по работе с ним включают изменение позы, стояние или ходьбу, выход на улицу, брызги воды на лицо и даже дергание за мочки ушей.

Практикуйте мудрое размышление
Еще одно мощное средство от лени и оцепенения - мудрые размышления, которые пробуждают интерес и склонны к пылкости. Одно из таких размышлений касается этого драгоценного человеческого рождения и глубокой быстротечности нашей жизни. В момент смерти наш разум может быть в ослабленном состоянии, наши тела ослаблены, а наши чувства притуплены. Как мы хотим оказаться в таком состоянии? Легко сказать, что мы хотим умереть осознанно, ясно видя весь процесс, осознавая моменты нашей смерти. Но как нам тренироваться для этого? Каждый раз, когда возникают лень и оцепенение, и мы помним о них, можем ли мы использовать это как практическую возможность для смерти?
Это отношение к трудностям как к вызовам, а не к отказу от того, что возникает. В романе Никоса Казандзакиса «Грек Зорба» есть история о человеке, который увидел кокон и, думая помочь борющейся бабочке выйти из него, раскрыл волокна. Но при этом человек снял ту самую борьбу, которая была необходима бабочке, чтобы укрепить свои крылья и полететь. Поговорка «Выход через» может вдохновить нас в трудные времена.

Общайтесь с хорошими друзьями и обсуждайте полезные темы
Последние два средства от лени и оцепенения - хорошие друзья и полезный разговор. Даже в тихой обстановке уединения мы можем вдохновлять друг друга. Когда мы чувствуем себя вялыми - и не слишком охваченными отвращением, - то, как другие практикуют, может воодушевить нас. И когда мы чувствуем себя энергичными, мы можем признать, что можем вдохновлять других. Это очень практическое применение понимания того, что наша практика предназначена не только для нас самих.
В первые несколько лет своего медитативного путешествия я жил в бирманской Вихаре в Бодх-Гайе, Индия. Друг из Дании, страстный практикующий, жил напротив. Часто поздно ночью, когда я собирался лечь спать, я видел, что в его комнате все еще горит свет. Вдохновленный его усердием, я продолжал сидеть и ходить и обычно преодолевал чувство сонливости.
Полезный разговор в дополнение к беседам с друзьями по дхарме или учителями в контексте ретрита может означать чтение книг и текстов по дхарме в течение пятнадцати или двадцати минут как способ поднять энергию и снова пробудить мотивацию к практике. Точно так же для тех, кто склонен, воспевание также может вдохновить ум, укрепляя нашу веру и уверенность в практике.

Отдохни
Полезно помнить, что леность и оцепенение не искореняются полностью из ума, пока человек не станет архатом. Нас может утешить то, что даже величайшие ученики Будды боролись с ними в разное время в своей практике. Говорят, что Могаллана, один из двух главных учеников, хотя он и стал полностью просветленным всего за одну неделю, должен был иметь дело с этим препятствием. В течение той недели, когда он медитировал в лесу, его ум сжался, засох и стал неработоспособным. Будда силой своего разума узнал об этом и явился Могаллане.
Он сказал: «Могаллана, ты сонный?»
«Да, сэр, я киваю».
«Слушай, и я научу тебя, как это преодолеть».
Затем Будда рассказал обо всех этих различных способах пробуждения энергии. В заключение он сказал, что если ни одно из этих лекарств не сработает, нам следует отдохнуть.
Но даже если мы можем отдохнуть, мы можем выдвинуть на первый план внимательность. Когда мы устали и чувствуем, что нам нужно вздремнуть, я обнаружил, что лежать, пока все не уйдет и мы не почти не заснем, а затем встать именно в этот момент, обычно достаточно, чтобы освежить нас. Вставание в момент отпускания показывает, что на самом деле нам нужен был момент глубокого расслабления, а не некоторое время сна. Мы также можем лечь с особым намерением встать в определенное время, и мы можем сделать намерение быть внимательными в самом состоянии сна.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ЛЕНИ В БУДУЩЕМ
Последний шаг в созерцании лени и оцепенения - это знать, как можно избежать возникновения этого состояния в будущем.

«А что, бхиккху? . . предотвращает возникновение не возникшей лени и оцепенения, а возникшую лень и оцепенение от увеличения и расширения? Есть, бхиккху, элемент возбуждения, элемент усилия, элемент напряжения; часто уделяя им пристальное внимание. . . предотвращает возникновение не возникшей лени и оцепенения, а также рост и распространение возникшей лени и оцепенения »2.

Возбуждение, стремление и напряжение: по мере развития и усиления этих качеств энергии не только леность и апатия, но и все другие препятствия ослабляются и избегаются.
Но в качестве полезного напоминания Аналайо указывает, что в работе с препятствиями первый шаг сатипатханы заключается не в активном противодействии препятствиям или борьбе с ними, а в четком распознавании и внимании к ним, а также в распознавании условий, связанных с ними, их наличия или отсутствия. Именно тогда, когда необходимы более активные меры, мы затем обращаемся к другим нашим ресурсам Дхармы, чтобы освободить ум от их препятствующих эффектов. Как говорит нам тайский лесной монах Аджан Чаа:

В заключение я желаю, чтобы вы продолжали свои путешествия и практиковали с большой мудростью. Используйте мудрость, которую вы уже разработали упорствовать на практике. Это может стать основой для вашего роста, для углубления еще большего понимания и любви. Поймите, что вы можете углубить свою практику разными способами. Не ленитесь. Если вы обнаружите, что ленивы, то постарайтесь укрепить те качества, которые преодолевают это. Не бойтесь и не робейте. Если на практике вы робки, то работайте с умом, чтобы преодолеть это. При должных усилиях и со временем понимание раскроется само по себе. Но во всех случаях используйте свою природную мудрость. Я считаю, что то, о чем мы говорили сегодня, полезно для вас, и если вы действительно сделаете это, вы можете положить конец всем сомнениям. Вы приходите туда, где у вас больше нет вопросов, в это место тишины, к месту, где есть единство с Буддой, с Дхаммой, со вселенной. И только ты можешь это сделать. Так что сделайте это уже сейчас. Теперь решать вам.