anagaminx (anagaminx) wrote,
anagaminx
anagaminx

Category:

Вован и Лексус - По ком звонит телефон 3.Вован

Вован и Лексус - По ком звонит телефон 3.Вован

Я познакомился с субкультурой телефонных розыгрышей так же, как и многие в то время. Когда я учился на четвертом курсе университета, мне в руки случайно попал диск с различными приколами. Среди них были те самые классические пранки: с извращенно матерящейся Спидовой Бабкой и Дедом ИВЦ. Также там находилось штук десять пранков со звездами шоу-бизнеса. Они меня просто потрясли! По манере общения и лексикону эти «селебрити» не отличались от пьяных сапожников, а некоторые даже превосходили их. Такое хабалистое поведение резко контрастировало с телевизионным гламурным образом.

Я был гораздо лучшего мнения о наших артистах. Мне стало любопытно, что же на самом деле представляет из себя вся эта «звездная тусовка». В поисках других записей я залез в Интернет и стал искать телефонные приколы, так как тогда еще не знал, что такие аудиозаписи называются пранками. Пара ссылок — и я оказался на пранк. ру. В 2006 году Интернет был еще слабо развит, особенно в регионах. В моем Краснодарском крае повсеместно работало лишь dial-up соединение: доступ в Сеть шел через телефонную линию и сетевой модем, незабываемо пищавший при подключении. Когда работал Интернет, домашним телефоном нельзя было воспользоваться, а скорость передачи данных была такая низкая, что одна песня в формате mp3 скачивалась минут 30. Так я начал медленно, но верно изучать пранк-культуру того времени. Сейчас ее как таковой уже не осталось, а раньше жизнь просто бурлила: сотни телефонных хулиганов активно общались на форумах пранкерских сайтов. Около года я слушал всевозможные записи и читал новости из необычного мира пранкеров, при этом ни с кем из них не контактируя.

Я благополучно окончил бюджетное отделение юридического факультета Кубанского государственного университета и поступил на муниципальную службу по специальности. Но интерес к пранку не проходил, а даже, наоборот, усиливался. Все чаще возникали мысли, что пора бы самому попробовать что-то записать, ведь получится у меня явно не хуже, чем у других. Дело оставалось за малым: настроить необходимое оборудование. Это оказалось не так просто. К счастью, на пранк-сайте я нашел двух человек из моего города, которые и подсказали мне, как все организовать. Из-за отсутствия скоростного Интернета звонить поначалу приходилось с домашнего телефона, подключенного к компьютеру. В почтовых отделениях я покупал карту ip-телефонии, звонил на коммутатор провайдера, вводил код с карты, мой номер скрывался, и затем уже шел защищенный вызов на номер «жертвы». Первые записи были далеки от идеала, но публика их встретила благожелательно.

П. — пранкер.

В. — Анастасия Волочкова.

П.: Это со съемок «Ледникового периода» (Анастасия тогда участвовала в проекте). Мы хотели бы изменить договоренность с вами по поводу очередной тренировки.

В.: Подождите… А у нас какая была договоренность?

П.: Планы меняются. У нас появился новый участник — Эдвард Радзинский, и мы хотим организовать ваше с ним парное выступление.

В.: Парное выступление — мое с Радзинским? Каким образом?

П.: Он хочет именно с вами участвовать.

В.: В чем участвовать?

П.: В катании на коньках.

В.: При чем здесь Эдвард Радзинский, я катаюсь с Антоном Сихарулидзе.

П.: Будет только одно ваше выступление с ним на две минуты.

В.: … Это этот… … … Если еще раз позвонишь — … пойдешь сразу!

Через несколько месяцев я, наконец, разжился более-менее нормальным Интернетом, чтобы можно было поставить на компьютер очень удобную программу для звонков — Skype. После этого дело пошло лучше, а в конце 2007 года голосованием слушателей и участников движения я был признал лучшим пранкером года.

На заре деятельности, когда в моей записной книжке номеров звезд было еще очень мало, я придумал забавную схему, как их раздобыть: звонил пиарщикам или директорам артистов и представлялся помощником Ксении Собчак. Якобы Ксюша очень хочет поговорить с их подопечными и просит номер телефона. Многим этого было достаточно, чтобы продиктовать мне заветный контакт. Тем же, кто сомневался, я говорил: «Вот здесь Ксения, передаю ей трубку». Далее включал через проигрыватель заранее подготовленные фразы Собчак: «Привет, это Ксения. Телефон знаете? Ну вот скажите!» И долгожданный номер телефона был у меня в блокноте.

Одним из моих самых громких звездных пранков времен 2007–2011 годов был технопранк с Ксюшей Собчак, когда я включал ей нарезки фраз радиоведущей Кати Гордон. Ведущая «Дома-2» не разобрала, что общается с записью, и 15 минут живо обсуждала с мнимой Катей возникший между ними до этого конфликт. Правда, розыгрыш Собчак не оценила, возможно, испугалась, что теперь будет выглядеть глупо в глазах окружающих, и уже во время следующего звонка обещала большие проблемы.

П. — пранкер.

С. — Ксения Собчак.

С.: Значит, мы сейчас разбираемся с вашим вопросом. Судом ваше дело не остановится. Спасибо вам за розыгрыш сегодня утренний. Я вам очень рекомендую на этом остановиться, так как запись этого разговора была сделана и мною. Если вы попробуете что-то с этой записью сделать, я вам лично обещаю…

П.: Я ее СМИ отдам.

С.: Вы ее отдадите в СМИ? Замечательно! У меня эта запись тоже есть, целиком.

П.: А что такого, Ксения, в этом?

С.: Я не знаю, кто мне звонил, молодой человек. Разговор этот записан, номер определен, через Интернет выясняется, что и как это происходит. И я вам очень не советую продолжать ваши шутки. Вы можете выкладывать эту запись где угодно, но целиковая запись этого разговора у меня тоже есть. И я буду лично с этим вопросом дальше разбираться.

Естественно, несмотря на угрозы, запись была тут же выложена в Сеть.

Для пранка я обзавелся «левой», то есть не оформленной на мое имя, сим-картой. На удивление, история этого номера оказалась весьма интересной. Мне стали поступать звонки от коллекторов! Искали они некоего Дмитрия Игоревича Краснова, задолжавшего «Альфа-Банку» 12 тысяч рублей. Сначала я пытался доходчиво объяснить, что такого человека здесь нет и я с ним не знаком, но это коллекторов не устраивало, и они продолжали названивать по несколько раз в день. Тогда я решил пойти им навстречу и стать для них этим самым Красновым. Поразило то, что ростовщики даже не удосуживались удостовериться, что говорят именно с Дмитрием Игоревичем. Наоборот, в ходе разговоров они сами выдали мне все личные данные заемщика: номер, серию паспорта, адрес регистрации, место работы. Для коллекторов эти беседы стали сущим кошмаром, ведь если раньше они были хозяевами положения, то теперь все встало с ног на голову. Странный должник почему-то не боялся коллекторов, не умолял дать рассрочку и сам постоянно названивал в их офис, чтобы еще больше поиздеваться над хамоватыми сотрудниками-непрофессионалами. Такое «неуважительное» отношение доводило их до истерики.

П. — пранкер.

К. — коллекторы.

К.: «Кредитэкспресс!» Здравствуйте! Дмитрий Игоревич! Мы с вами уже сегодня разговаривали. Вы зачем позвонили?

П.: Хотел узнать, вы почку у меня вырезать не собираетесь?

К.: С вами разговаривали уже три оператора. Оплату производить когда будете? 12 тысяч рублей!

П.: Нет, я хотел, чтобы вы у меня почку не вырезали.

К.: В Интернете опубликуйте объявление, что почку продаете.

П.: Так я не хочу ее продавать. Если вы почку вырезать не будете, то я и оплату производить не буду, потому что тогда мне нечего бояться вас.

К.: Вы себя со стороны слышите, какую вы ерунду говорите? У вас есть какие-то новые предложения? Я помню ваши издевательства. Я вас сразу предупреждаю, это административный штраф. Это, между прочим, статья — хулиганство. У вас две задолженности.

П.: Давайте я вам заплачу, у меня хряк есть, боров. 200 кг.

К.: Что?

П.: Боров, боров.

К.: Это что такое?

П.: Это свинья такая большая. Ее зовут Нина Васильевна.

К.: Ну вот хряка продавайте и оплачивайте!

П.: Так я его не могу продать. Его здесь никто не купит. Давайте я вам его привезу лучше в Москву. В «Альфа-Банк».

К.: Дмитрий Игоревич! Вы хотите поиздеваться опять? Вам жалко ваших денег?

П.: Нину Васильевну возьмите!

К.: Мне не нужен никакой хряк.

П.: Она будет у вас в личном подсобном хозяйстве. На балконе будет у вас жить.

К.: Угу. В ванной еще скажите!

П.: Ну, можно в ванной. Вам она не нужна?

К.: Дмитрий Игоревич! Вы оплату когда будете производить? При чем здесь хряки какие-то? При чем здесь почки, яйца? Чего вы хотите?

П.: Я хочу, чтоб вы приняли мой долг хряком. Двухсоткилограммовым боровом.

К.: Хряком теперь уже. На этот раз хряком. Чудесно! Угу. Нам хряки не нужны!

П.: Давайте я привезу вам хряка в Москву.

К.: Дмитрий Игоревич! Я еще раз вас предупреждаю, что ваша задолженность актуальна. Что если вы будете звонить и говорить про всяких там хряков, яйца, почки и все остальное, вы, конечно же, можете продавать, если вам больше нечего продавать. Но мне это предлагать не нужно.

П.: А кому хряка продать?

К.: Попробуйте на базар сходить.

П.: А у вас там не базар разве в офисе?

К.: Не базар там. Вы договорили все, что хотели сказать?

П.: Нет. Вы ж поспрашивайте у девочек ваших, может, им хряк нужен дома. Они заплатят 12 тысяч, он дороже стоит.

К.: У вас задолженность 12 тысяч 968 рублей 27 копеек. Звонить и издеваться над специалистами — вы поймите в конце концов, это СУ-ДИ-МОСТЬ! (кричит).

П.: А что вы кричите? Не нервничайте так!

К.: Я? Не нервничаю…

П.: Ну давайте так сделаем: я привезу вам хряка, а вы его у себя в офисе поселите, он будет вашим талисманом. А за это вы заплатите за меня задолженность вашим офисом всем. Скинетесь там.

К.: Лично я?

П.: Нет, не вы. Ваш персонал весь.

К.: Я еще раз вам говорю, мне ни хряк, ни почки, ни яйца Фаберже не нужны.

П.: Вам не нужны лично, может, кому-нибудь там нужны. Вы же не знаете.

К.: Дмитрий Игоревич! Я вас в последний раз предупреждаю, что если вы с такими разговорами еще раз позвоните, можете звонить только по поводу вашей задолженности, причем по поводу оплаты ее. До свидания!

* * *

К.: Дмитрий Игоревич, я вот вижу, что вы и почки предлагали всем.

П.: Там записано что ли?

К.: У нас все записано.

П.: Ну да, вы знаете, мне звонили с вашей предсудебной организации сомнительной и угрожали. Сказали, что если я не оплачу долг, то ко мне приедут люди и вырежут у меня почку и потом продадут на черном рынке.

К.: Правильно. Правильно.

П.: Так и сделают что ли?

К.: Вам не угрожали, а вас проинформировали о том, что задолженность необходимо выплачивать.

П.: Так что, могут, правда, почку вырезать?

К.: Почку не вырежут. К вам придут и опишут имущество.

П.: Так я сказал, что у меня имущества-то нету, поэтому мне сказали, что у меня вырежут почку.

К.: Вы так не говорили.

П.: Так говорил я. Я сказал: «У меня нет никакого имущества».

К.: Вы щас говорите, что у вас есть боров. Идите продавайте его.

П.: Ну я вам привезу этого борова.

К.: Нам не надо привозить. Идите продавайте на базаре, значит. И потом нам перезвоните, когда уточните оплату.

П.: Так я 2 года уже не произвожу. А ваша вообще какая работа была? Чтобы просто мне позвонить? В этом вся ваша деятельность заключается?

К.: Слушайте, я, по-моему, не должна вас информировать о том, как мы работаем. Вы что, думаете, вы играете что ли? Вы с огнем играете сейчас.

* * *

К.: Скажите, когда вам говорят слово «рубли», боров явно никак не вмещается, правда же?

П.: Это натуральный обмен.

К.: Натуральный обмен не производится. «Альфа-Банк» постановил взыскать сумму в данном размере, ни копейкой меньше, ни копейкой больше. До 26 апреля. Ни евро, ни доллары, ни боровы.

П.: Давайте сделаем так: я борова высылаю, на нем пишу краской: 12 тысяч 968 рублей 27 копеек.

К.: Дмитрий Игоревич! Давайте я вам скажу сейчас одну вещь. Я являюсь старшим специалистом отдела по взысканиям. И разговоры все записываются. Представляете, если на суде судья услышит комментарий про борова, да? «Давайте я вам борова, а вы долг спишете». Что он сделает? Он за уклонение от оплаты вам еще 2 года впаяет.

П.: Нет, я думаю, судья вмешается и сам купит борова.

К.: Судья купит борова? Зачем ему боров?

П.: На дачу. На хозяйство.

К.: Какое хозяйство? О чем вы?

П.: Подсобное. В Подмосковье где-нибудь.

К.: Сейчас боровы не в ходу. Сейчас в ходу зеленые президенты.

П.: Что, инопланетяне что ли?

К.: Нет. Американские мертвые президенты зеленые. Бумажки квадратные, знаете такие?

П.: А где я найду мертвого президента? Мне в Америку ехать что ли? Выкапывать? Меня же арестуют.

К.: Где хотите, там и ищите. Мы с вами вообще про рубли говорили.

П.: Так вы сами перевели на мертвых президентов.

К.: На то, чтобы где угодно найти 13 тысяч рублей, у вас имеется 2 месяца.

* * *

К.: «Кредитэкспресс»! Здравствуйте!

П.: Здрасьте!

К.: Слушаю вас!

П.: У меня какой-то кредит там маленький. Я что-то не заплатил там, тыщи полторы наверно.

К.: Дмитрий Игоревич!

П.: Да, да, да, он самый. А что, в чем дело? Какие-то вопросы там? Проблемы?

К.: Звоните вроде бы вы нам. Я вижу за сегодня уже раз 15, Дмитрий Игоревич!

П.: Нет, я вот первый раз сегодня.

К.: Помимо того, что вы злостный неплательщик, вы еще и лгун, да, я так понимаю?

П.: Как это злостный неплательщик? Я вроде бы плачу вовремя. Может, у меня какая-нибудь маленькая просрочка есть. Вы скажите.

К.: 12 тысяч 968 рублей у вас задолженность, Дмитрий Игоревич. И в 31-й раз вам говорим, что дело ваше на данный момент на предсудебной подготовке. Вы вообще намерены оплачивать или нет?

П.: Ну да, я согласен, конечно, платить. Я не отрицаю свою вину. Я, наверное, просто забыл о платеже. Помутнение, может, какое-нибудь. Вы извините, что я вот так не вовремя…

К.: Вы сейчас что — посмеяться позвонили, Дмитрий? Или что, я не пойму…

П.: Нет. Вы знаете, просто у меня есть клоны. Они нехорошие, они меня подставляют: звонят всем, гадости говорят от моего имени.

К.: Кто у вас есть?

П.: Клоны, клоны.

К.: Дмитрий, скажите, вы в порядке? Вы себя хорошо чувствуете вообще?

П.: Ну да. Я только что убил двух тут. Сидели два клона, они звонили вам, я их застрелил.

К.: Я, знаете, что хочу сказать… второго года рождения, да, вы, Дмитрий? Я так вижу, что вы не работаете, да?

П.: Нет, почему? Я работаю. Я в звездном флоте защищаю нашу Вселенную.

К.: М-м. Понятно. Я вам посоветую обратиться к специалисту, который с вами поговорит обязательно об этом.

П.: Ну вы же специалист.

К.: А так вы меня отвлекаете от работы. До свидания!

* * *

К.: Алло, здравствуйте! Предсудебная организация. Номер дела назовите!

П.: По поводу погашения своей задолженности. Которая на мне висит, как тяжкий груз. Что вы можете предложить мне?

К.: У вас задолженность 12 тысяч 968 рублей. Что я могу предложить? Оплачивайте свой долг, до 15 марта вам срок предлагаю.

П.: Мы едем как раз в Москву семьей и везем на выставку ВДНХ нашего борова, на достижения народного хозяйства. Вот мы на выставке его покажем всем и вам тогда отвезем в «Экспресс».

К.: Секунду подождите, Дмитрий Игоревич. Секунду. Дмитрий Игоревич, вы щас где находитесь? Посмотрел, вы просто надоели своими звонками бессмысленными. Скажите, где находитесь. Мы определить не можем ваше местоположение. Скажите, где находитесь. Мы щас к вам приедем, пообщаемся. Я лично к вам приеду, пообщаюсь.

П.: Я в стране чудес.

К.: А-а-а, ну хорошо. Вот ждите тогда милицию в страну чудес. До свидания!

* * *

К.: Здравствуйте! «Кредитэкспресс»!

П.: Здравствуйте! Регистрационный номер назовите!

К.: Назвать? Может быть, вы мне его назовете?

П.: Нет, ну вы звоните в «Кредитэкспресс». Вы позвонили в полусудебную организацию.

К.: Так! Мужчина! Назовите мне номер дела вашего!

П.: Вы назовите!

К.: У вас есть 2 секунды, а то сейчас я быстро с вами. Это тот молодой человек, который услуги свои предоставляет, мне сейчас звонит, да?

П.: Борова услуги возьмете?

Далее оператор срывается на крик.

К.: Услуги ваши? Это, наверное, должны обратиться в другое бюро какое-нибудь, но никак не наше. У вас 2 секунды есть, 2 секунды у вас есть, чтобы назвать регистрационный номер! У вас образование есть, или вообще ничего нету за плечами, или что? Так! Сейчас я вызываю группу ОМОНа по адресу вашему. Я уже знаю, наслышана, что вы, молодой человек… звонит… что-то непонятное. Придут к вам… сейчас и будут разбираться совсем по другому вопросу. Если еще раз… я лично беру под контроль ваше дело, еще раз я увижу, что от вас поступил звонок… Продавайте, что хотите! Хотите, себя продайте там вместе с боровом! Еще сейчас услышу, что вы мне звоните, к вам ОМОН вызову сейчас! Вы меня поняли? Так, я не пойму, вы меня поняли или нет?

П.: Борова везти? Говорите адрес!

К.: Мне наплевать на вашего борова! На все, что у вас там существует и есть! Значит, я вам последний раз говорю: если сегодня еще раз от вас звонок поступит, по улице вашей приедет группа ОМОНа. Вы меня слушаете?

П.: Вы будете платить за ложный вызов? Штраф.

К.: Значит, Дмитрий Игоревич, я лично заплачу, чтоб приехали к вам, поверьте мне! Я вижу, что вы звоните по 50 раз в день. Это ненормально! Что вы хотите? Идите обратитесь в другое какое-нибудь место!

П.: Боров справится с ОМОНом. Он их задавит весом.

К.: Вы понимаете все последствия вашего дела? Своего борова, идите на базар, выставите все, что вы нам предлагали. Уже вы предлагали нам много чего. Я вас предупреждаю последний раз, Дмитрий Игоревич! Ваше дело беру под контроль лично я. Еще раз поступит от вас звонок, я ваше дело перенаправляю в судебное разбирательство, где вас, Дмитрий Игоревич, посадят в тюрьму. Понимаете? За мошенничество, домогательство наших сотрудников. И к вам сегодня в течение дня приедет группа… ОМОНа. Слышите меня? И заберут вас сразу же. Если у вас какие-то психические отклонения, то это только ваша, Дмитрий Игоревич, проблема. Вы меня поняли сейчас? Давайте мы будем более серьезно подходить к данному делу. Дмитрий Игоревич, идите на базар, продавайте борова, все, что у вас есть, продавайте! Вы меня поняли сейчас?

П.: Так у нас все бедные, не купят.

К.: Дмитрий Игоревич, последний раз вам говорю! Вы меня поняли сегодня? Если звонок ко мне поступит, я лично сейчас буду контролировать ваше дело. Я сейчас уже вызываю тех людей, которые вам вправят, Дмитрий Игоревич, мозги. Поняли вы меня сейчас? …это уголовная статья, Дмитрий Игоревич! Вы меня поняли сейчас? У вас 2 дела, поймите! 2 дела у вас. А это уголовная статья. Вы меня поняли или что? Свои принадлежности продавайте как-нибудь самостоятельно, не звоня в нашу организацию. Все, значит, сегодня, Дмитрий Игоревич, у вас будет очень тяжелый день, вас предупреждаю. Вы сейчас отказываетесь от вашей задолженности. Значит, я это все зафиксировала. Все разговоры, которые состоялись сегодня, второго числа, около 15 разговоров, это все записано. В предыдущие дни тоже записано. Я вас уведомила. Последний раз вам говорю, Дмитрий Игоревич, еще раз поступит от вас звонок, я вам сказала, что с вами будет. Вы меня поняли?

П.: Я заплачу.

К.: Заплатите? Хорошо! Дату — когда оплатите?

П.: Ну, как борова в Москву привезу, так сразу вам и отвезу его. Им и расплачусь.

К.: Езжайте, Дмитрий Игоревич, продавайте борова в Москву. Что у вас там?

П.: Ну, вы адрес свой скажите. Я вам его завезу, в ваш офис «Кредитэкспресса».

К.: Нет, вы знаете, завозить нам борова не надо. Мы этим не интересуемся. Это не наша компетенция вашего борова считать или еще что-то.

П.: Борова зовут Нина Васильевна.

К.: Я вас последний раз предупреждаю. А вы знаете, для чего я сейчас с вами разговариваю? Знаете, для чего?

П.: Для чего? Нет.

К.: А чтобы записать этот разговор. И прямо сейчас, и чтобы предоставить все это другим людям.

П.: Каким?

К.: Которые к вам сегодня приедут к вечеру. Ну, вот вы их увидите сегодня. Вы только не запирайте двери, ладно?

П.: Мы милицию вызовем. Мы вас не пустим, вашу банду.

К.: Да вы что!

П.: Да.

К.: Вы знаете, чем вы сейчас занимаетесь, Дмитрий?

П.: Я хочу погасить кредиторскую задолженность в размере борова.

К.: Я вам еще раз говорю, борова можете оставить при себе. Я вам последний раз говорю. Вы меня поняли, Дмитрий Игоревич?

П.: Подождите, а эти люди приедут, они почку вырежут у меня?

К.: Дмитрий Игоревич, что вы хотите… заказа? Я могу заказ ваш принять сейчас.

П.: О чем заказ? О почке? Вы мне надоели уже. Я хочу борова отдать вам.

К.: Позвоните сейчас в милицию и скажите, что вы борова хотите продавать. Вас… заберут вас сразу же.

П.: Они борова не заберут, он у них не поместится.

К.: Значит, Дмитрий Игоревич! Вы меня поняли? Вы меня поняли, что я вам сейчас сказала, что вам не нужно сейчас сделать? Дмитрий Игоревич, вы меня поняли, что сегодня уже не нужно делать, чтобы избежать безумных последствий, что с вами будет через полтора часа? Вы поняли меня? Желаю вам успеха в личной жизни с вашим боровом, со всем, что у вас есть, всякими почками… Значит, ждите сегодня группу выездную ОМОНа. К вам сейчас приедут. Вы меня не понимаете. Если еще раз от вас поступит звонок, лично говорю, что вместе с боровом полетите в тюрьму. Понятно?

П.: Боров туда не поместится.

К.: Все, значит, Дмитрий Игоревич! Я хочу… от этого глупого разговора. Я таких глупых людей, как вас, в жизни не встречала и не понимаю вашу тактику, чего вы добиваетесь. Вы просто добьетесь того, что в предсудебном порядке получите более жестокое наказание. Поэтому, Дмитрий Игоревич, желаю вам успехов… со свиньей, со всем, что у вас есть. Всего доброго, до свидания! О том, что если вы еще раз позвоните, я вас уведомила, что с вами будет. До свидания!

* * *

К.: Здравствуйте! «Кредитэкспресс»!

П.: Здравствуйте! Когда будете оплачивать?

К.: …рады вашему звонку. Снова.

П.: Да. Долго ждали? Скучали?

К.: Вы одумались? Вы одумались, да? Дима, вы одумались или что? А-а, опять то же самое, да? Ну ладно, я вас послушаю, говорите.

П.: Ну я хотел вам излить свою печаль.

К.: У вас что, душевная печаль какая-то?

П.: Да, потому что вы не берете моего борова.

К.: Что, опять? Борова не покупают?

П.: Да, да.

К.: Это проблема, Дима. Это такая проблема глобальная, ужас просто!

П.: Скажите ваш адрес, я к вам заеду. Как в Москве буду.

К.: Вы что, в гости к нам хотите?

П.: Ну да.

К.: Ну я ж вам говорю… к вам уже сегодня приедут скоро. В чем проблема-то?

П.: Да никого нет. Я жду, вот уже чай поставил.

К.: Нет, ну что же вы думаете, из Москвы самолет, знаете, сколько летит к вам? Как минимум полтора-два часа. Так что приедут скоро. Вы излили свою душу?

П.: У вас персональный самолет?

К.: Дима, ну это неважно какой. Самое главное, Дима, что вы оплачиваете все звонки, которые вы сейчас делаете нам. Сами, самостоятельно. И самолет лично вы тоже оплатите, если к вам ОМОН приедет, поверьте. Я больше вас не намерена слушать, тратить свое личное время. Избавьте меня от вашего общения!

* * *

К.: А вы когда-нибудь расплачивались вообще боровами? Задолженности оплачивали свои? В магазинах тоже боровом расплачиваетесь?

П.: Нет, в магазинах я расплачиваюсь камешками, ракушками, шариками цветными.

К.: А-а-а, даже так. Ну, ждите тогда наряд милиции, вышлю с вами разбираться.

П.: Я им ракушек дам, они уйдут.

К.: И с боровом тоже разберутся.

П.: Не трогайте борова! Что он вам сделал?

К.: До свидания!

Конечно, долги платить надо. Но в жизни бывают разные непростые ситуации. Так зачем же прибегать к помощи контор, которые в большинстве своем используют, мягко говоря, сомнительные методы работы, если кредитор может взыскать задолженность через суд? Дело в том, что банкам гораздо выгоднее продать такие долги коллекторскому агентству, чем самостоятельно судиться с физическими лицами из-за небольших сумм. Сразу получаешь хоть и меньшие, но реальные деньги; нет необходимости в огромном штате юристов, не надо разыскивать должников, контролировать работу приставов-исполнителей и т. д.

Коллекторы судебными делами также не заморачиваются. В большинстве случаев их работа сводится исключительно к систематическому моральному давлению на должника. Из многочисленных разговоров со «специалистами по взысканию» я сделал массу важных выводов о реальной деятельности этих персонажей. Коллекторы стараются не сообщать абоненту, что являются сотрудниками частного агентства по взысканию долгов. Чтоб подчеркнуть собственную значимость, они важно именуют себя предсудебной или финансовой организацией, специалистами досудебного отдела, юристами. Если в конце 2000-х среди коллекторов было много студентов, подрабатывавших таким образом, то после 2011-го в «специалисты по взысканию» стали массово набирать граждан Украины, Беларуси и Молдавии. Видимо, руководство решило, что платить им много не надо, да и выгнать на улицу можно в любой момент, заменив на такого же работника, приехавшего на заработки. Как-то в разговоре один такой сотрудник заявил, что я должен энную сумму в… гривнах! Естественно, полноценной юридической подготовкой этих персонажей коллекторское агентство заниматься не будет. Есть у них 10 классов за плечами — и хорошо. Гораздо больше внимания уделяется тренингам по психологическому давлению. Новоприбывших «специалистов по взысканию», прежде чем посадить за телефон, учат, как быстрее морально сломать человека, на какие болевые точки лучше воздействовать, чтобы тот заплатил, как пожестче надавить на родственников, друзей должника и т. п.

Разговаривать с коллекторами нет особого смысла и по другой причине. В крупных агентствах с десятками сотрудников звонки осуществляются автоматической компьютерной системой, которая набирает номер должника и выводит того на свободного оператора-коллектора. То есть нет персональной привязки специалиста к конкретному кредитному делу. Коллектор оттарабанит свою речь, занесет ответ должника в базу и перейдет к следующему человеку, которого подсоединит система. Вы можете долго и по полочкам раскладывать сотруднику всю информацию о проблеме. Например, что этот номер давно не принадлежит человеку, которого ищут коллекторы. Специалист выслушает это, согласится с вами и повесит трубку. Казалось бы, вот и все, вопрос решен! Но на следующий день звонки продолжатся — ведь ваш номер из коллекторской базы должников никто так просто не удалит. Так что гораздо эффективнее отправлять все номера в черный список.

Впоследствии, когда я начал выкладывать эти записи в Интернет, ко мне стали обращаться жертвы коллекторов с просьбой помочь избавиться от назойливого преследования. Я с радостью давал таким людям свой специальный номер телефона, а те передавали его взыскателям якобы как свой. Все довольны, кроме коллекторов: человеку больше не досаждают, а у меня появляются свежие «жертвы» для пранков.

Часто коллекторы в беседе оперируют статьями Уголовного и Гражданского кодексов, дабы показать абоненту свою якобы подкованность в юриспруденции. Это тоже блеф. Читают они заранее заготовленный текст, проанализировать который не в состоянии. А с содержанием статей законов они не знакомы. Но, к сожалению, лишь у немногих граждан РФ есть юридическое образование.

Периодически я попадал на «особо одаренных» коллекторов, которые наделяли себя функциями судей и приставов-исполнителей, заявляя, что их «выездные группы» самостоятельно опишут и изымут все имущество в счет долга. Обычно это делалось ввиду собственной глупости и правовой неграмотности «специалистов по взысканию».

П. — пранкер.

К. — коллекторы.

К.: Деньги, Дмитрий Игоревич, это зло. Вы пропитались этим злом насквозь. Мы вас очищаем от этого зла, а вы не хотите. Вы должны 75 тысяч.

П.: А что так много?

К.: Так штрафные санкции начисляются.

П.: У меня денег нет, не работаю.

К.: Значит, родственники пусть платят, родители.

П.: Они старенькие. На пенсии.

К.: Значит, пускай старенькие пенсионеры платят. Пусть все собирают деньги. Будем звонить родственникам, родителям. Дмитрий Игоревич, буду звонить вашей матери, говорить, что у нее сын не платит долг! Отправлю группу взыскания по вашему адресу. Пускай родители продают телевизор, холодильник, квартиру!

П.: Мы их не пустим. Вы же обычное ООО. Шарашка.

К.: Я вам звоню не из ООО, а из досудебного отдела! Я прокурором являюсь! Я звоню не из компании «Кредитэкспресс», а из досудебного отдела, город Москва! К вам приедет выездная группа вместе с участковым и прокурором для описания вашего имущества.

* * *

К.: Вы как позволяете себе общаться с нашими юристами?

П.: А вы кто такая? Алкоголичка местная? Вас разбудили?

К.: Я специалист юридического отдела, причем имею полномочия, до которых вам далеко еще. Если хотите встретиться — можем организовать это через прокуратуру. Ведется запись разговора, и за оскорбление должностного лица я напишу на вас заявление.

П.: Какое должностное лицо, ты в уме? Ты работаешь в ООО.

К.: Я являюсь юридическим лицом!

П.: Ты лично что ли?

К.: Заплатите мне штрафную санкцию, на которую я буду жить всю оставшуюся жизнь! Не забывайте обо мне. Я вас из-под земли достану.

Обычно коллекторы пугают должников статьей УК о мошенничестве. Будто в самое ближайшее время на них заведут дело и отправят в колонию на несколько лет. Однако данная статья предполагает прямой умысел, то есть человек, когда берет кредит, должен изначально знать, что отдавать его не будет. Невыплата же, например, из-за ухудшения материально положения не является уголовным преступлением. Такие моменты многие граждане, к сожалению, не знают.

Также в гражданском праве существует понятие исковой давности — если истец (кредитор) не обратился за защитой своего нарушенного права в суд в течение трех лет, то суд по заявлению другой стороны отказывает истцу в иске. Очень часто банки как раз и продают коллекторским агентствам по дешевке портфель задолженностей с просроченной исковой давностью. А «специалистам по взысканию» судиться с гражданами невыгодно — дорого, да и шансы получить хоть что-то весьма малы. Поэтому коллекторы весьма остро реагируют на слова собеседника об исковой давности. Горе-специалистов это выбивает из колеи, и они начинают каждый по-своему комично трактовать законодательство.

К.: Василий Сергеевич, вы оплачивать будете?

П.: Я хотел поговорить о сроке исковой давности, который уже прошел. Ведь у меня просрочка идет с 2005 года. Банк через суд не заявлял требований о взыскании задолженности, то есть срок исковой давности в три года уже прошел, и при рассмотрении дела в суде банку откажут во взыскании долга на этом основании.

К.: Срок исковой давности может существовать только в банке! Когда этот срок выходит — дело передается в юридическую компанию, может передаваться в одну, потом в другую и может так всю жизнь передаваться. Семнадцать лет данные хранятся. А если в течение некоторых лет не оплачиваете — к вам направляется выездная группа и проходит конфискация вашего имущества.

П.: То есть ваша выездная группа у меня конфискует имущество сама?

К.: Конечно, что у вас есть — мы спишем на размер вашего долга.

П.: То есть ваше ООО берет на себя функции государства? Вы бандиты что ли?

К.: Уважаемый, вы знаете, с кем разговариваете? С Екатериной Александровной, юристом.

П.: А на основании каких статей вы все это собираетесь делать?

К.: Откройте законодательство и прочитайте. Я знаю все законы, которые мне нужно, а тратить на вас время попусту мне некогда. Послушайте, если бы кредиты действовали три года — людям бы кредиты не выдавали! Вы не выплачиваете с 2005 года. До сих пор!

* * *

П.: Есть такое понятие — «исковая давность», и она составляет три года. Все, до свидания.

К.: Какое «до свидания»?! Вы понимаете, что срок начинается с того момента, как мы с вами начали разговаривать? Три года начнется с этого момента! Банк уже передал нам все юридические права. Статья… эээ… 309 Гражданского кодекса, вы знаете?

П.: Ну прочтите.

К.: Я никому не должна ничего читать! Я могу написать письма всем вашим соседям, чтобы они одалживали вам денег. Если вы не будете оплачивать долг, мы будем вынуждены забирать у вас имущество! Мы вышлем группу, которая будет разговаривать с вами уже другим тоном и другими мерами, вы это понимаете?

П.: Какими мерами?

К.: Статья 255 Гражданского кодекса: имущество, находящееся в общей собственности, может быть взыскано в праве общей совместной собственности, вы это понимаете? Мы будем забирать ваше имущество! Вы нарушаете, понимаете, Гражданский кодекс, мы имеем полное право… вам засылать людей, чтобы они у вас забрали имущество!

П.: То есть это будут ваши сотрудники?

К.: Да, представьте себе. Вы не имеете права вообще никакого! Вы это понимаете? Заберем все до последнего. Вы должник, и вы еще качаете какие-то права! На каком основании вообще, вам сколько лет?!

П.: Я вам объясню. Имущество изымают только по решению суда и с приставами.

К.: Я вам говорю: мы имеем на это полное право! Если вы чего-то не знаете, то не нужно этим оперировать. Вы говорите бред какой-то! Как такое может быть, объясните мне? Разговор на этом закончен, к вам будет выезжать наша группа!

Остается лишь добавить, что впоследствии я выяснил, что тот самый должник Краснов скончался еще в 2011 году по причине употребления наркотиков, но всевозможные коллекторские агентства продолжают звонить «по его душу» и по сей день. Так что дело Дмитрия Игоревича будет жить еще долго.

Среди горе-коллекторов попадаются и совершенно неадекватные экземпляры, деятельность которых можно квалифицировать как экстремистскую. Это еще раз демонстрирует, что руководство коллекторских шарашек не слишком заботится о качестве нанимаемых сотрудников, особенно приезжих.
Subscribe

Buy for 100 tokens
Стив Павлина - Почему мне так нравится моя жизнь? «Решить проблему денег раз и навсегда» - вот над чем я работал много лет! Я немного подумал в своем дневнике о том, почему мне так нравится моя жизнь. Вот что я придумал: Пространство для размышлений Мне нравится, что моя жизнь не перегружена…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments