anagaminx (anagaminx) wrote,
anagaminx
anagaminx

Category:

Намкай Норбу - Бодхичитта 1. Учитель необходим, если нужно получить передачу учения или разъяснений!





Намкай Норбу - Бодхичитта 1. Учитель необходим, если нужно получить передачу учения или разъяснений! Нельзя относиться к учителю как к мусорному ведру и дойной корове! При таких воззрениях, сколько ни практикуй, эгоизм будет только расти!

СТОЙКОСТЬ БОДХИСАТТВЫ



Практика развития Бодхичитты – один из важнейших аспектов учения Махаяны. Махаяну считают основой Дзогчен и Тантры. В начале своей практики мы тоже выполняем Прибежище и Бодхичитту, но, разумеется, Прибежище и Бодхичитта заключаются не только в повторении слов. Я всегда объясняю, что принцип Бодхичитты связан с намерением.
По‑тибетски Махаяна называется Тэгпа ченпо (theg pci chen ро). Тэгпа означает «то, что несет на себе», а ченпо – «великое», или «полное». Иногда под этим выражением подразумевается земля, потому что земля несет на себе все. На земле есть место прекрасному и уродливому, большому и малому – всему, но земля никогда не говорит: «Я устала, не могу больше нести». Вот что такое принцип бодхисаттвы. По‑тибетски бодхисаттва – чжангчубсемпа (byang chub sems dpa‘'). Санскритскому слову cammвa соответствует тибетское сем‑па , что означает «мужественный, стойкий». Однако в данном случае имеется в виду не тот, кто постоянно борется и спорит с другими, а тот, кто переносит все страдания и трудности вплоть до полной реализации, причем делает это не ради собственной пользы, а на благо других существ.
Один из самых возвышенных способов развивать Бодхичитту – поступать подобно пастуху. Что это значит? Здесь под пастухом подразумевается не такой человек, который ведет овец за собой или зависит от них, а тот, кто следует за овцами, пропуская их вперед. В сансаре бесконечное число живых существ, которые не обладают знанием и потому живут в условиях двойственности, под властью эмоций и страстей. Тот, кто обладает знанием, понимает причины страдания и видит, что в сансаре все существа страдают. Поэтому бодхисаттва поступает, как пастух, который выпускает овец на пастбище, а затем пригоняет домой, заботясь, чтобы они не потерялись, защищая их от хищников, и всегда идет позади них, пока последняя овца не окажется в загоне. Стойкость бодхисаттвы в том, что он помогает живым существам, дожидаясь, пока они обретут реализацию. Под стойкостью бодхисаттвы понимается именно это, а не практика ради собственной реализации без заботы о других. Кто не заботится о других, у того нет Бодхичитты.
Поскольку Бодхичитта неотделима от понимания и знания, в Учении Дзогчен говорится больше о знании, чем о развитии Бодхичитты. Кое‑кто этого не понимает и полагает, что в Дзогчен Бодхичитта занимает менее важное место. При таких представлениях, сколько ни практикуй, эгоизм будет день ото дня увеличиваться.
Мы много говорим о сотрудничестве, но сотрудничать – значит не просто что‑то организовывать вместе, а взаимодействовать в интересах практики и реализации. Но зачастую нам это не удается. Почему так получается? Потому что нами владеет эгоизм. Иногда мы его даже не замечаем, а заметив, ничего не можем с ним поделать. Вот почему очень важно понимать, что такое Бодхичитта. Если верно, что необходимо понимать истинный смысл Учения, то в равной степени верно и то, что с самого начала необходимо понять Бодхичитту.
Мы живем в двойственности. Достаточно понаблюдать за собой пару минут, чтобы увидеть, как много мы рассуждаем. Что такое рассуждение? Это деятельность ума, и она происходит во времени, а время – относительное состояние. Практика, или развитие Бодхичитты, происходит в относительном состоянии, истинная же Бодхичитта – это знание своего истинного, исконного состояния.


АБСОЛЮТНАЯ И ОТНОСИТЕЛЬНАЯ БОДХИЧИТТА


В системе Сутр Махаяны Бодхичитта имеет два уровня: относительный и абсолютный. Абсолютная Бодхичитта – это знание истинного состояния пустоты, или шуньяты. Оно равносильно пребыванию в состоянии созерцания, а научившись пребывать в состоянии созерцания, мы обнаруживаем свое истинное состояние. В таком случае состояние Дзогчен, или изначальное состояние, и есть истинная Бодхичитта. Это верно не только для Дзогчен, но и для Сутраяны.
Однако мы постоянно живем в своем обыденном состоянии, и поэтому приходится тратить много усилий, чтобы обнаружить хотя бы миг покоя. Наша жизнь полна волнений, мы отвлекаемся и впадаем в зависимость от чего угодно. Таково относительное состояние. Мы живем в этом состоянии, идя в своих суждениях на поводу у ума, который мыслит и создает намерения. Намерений у нас сколько угодно, плохих и хороших, и следуя им, мы отвлекаемся, накапливая массу кармических деяний. Вот что происходит на самом деле. Увидев это, можно понять, что означает Бодхичитта.
Относительная Бодхичитта связана с намерением: нужно распознать, каково наше намерение, и заметив, что оно не благое, породить доброе намерение. Так нужно учиться развивать Бодхичитту. Учение Хинаяна, Малая Колесница, опирается на систему обетов, потому что, приняв обеты, можно управлять тремя аспектами своего существа: Телом, Речью и Умом, дабы не делать ничего дурного. В Сутрах Махаяны тоже говорится об обете бодхисаттвы. На самом деле обеты не являются основой Махаяны, но поскольку в основе Учения Будды лежит Хинаяна, обет бодхисаттвы появился и в Махаяне, которая объединяет в себе две главные системы.
Первая связана с мадхьямикой, учением, которое Нагарджуна получил непосредственно от Манджушри. Нагарджуна – основатель школы мадхьямика, считающейся одной из важнейших школ буддийской философии системы Сутры. К этой же школе принадлежит и Шантидэва, замечательный учитель, автор знаменитой книги Бодхисаттвачарьяавагпара (Руководство на пути бодхисаттвы). В отличие от других книг, которые опираются только на философию, в ней главное внимание уделено практике Бодхичитты. Шантидэва тоже считает, что Бодхичитта связана с обетом, потому что берет начало из системы Сутры Хинаяны. В учении Хинаяны есть виная, свод правил для монахов разных уровней.
Первоначально в Махаяне винаи не было, но поскольку бодхисаттвы – то есть те, кто практиковал Махаяну, знали Хинаяну, основу буддийского учения, Махаяна переняла из Хинаяны винаю, приставив к ней принцип намерения, то есть принцип, опирающийся на воззрение, а не на правила или ритуалы. В результате в Махаяне тоже говорится о винае и есть возможность принимать обеты для получения монашеского сана.
Вторая система связана со школой Йогачара – Учением, которое Будда Майтрейя, грядущий будда, передал знаменитому учителю Асанге. В Тибете это учение передавал Аттиша, и оно распространилось очень широко, особенно в традициях Кагьюдпа, Кадампа и Гелугпа; мадхьямика больше распространена в Сакьяпа, а в традиции Ньингмапа представлены обе эти системы.


ОТНОШЕНИЕ К УЧИТЕЛЮ


Воззрения этих двух систем несколько отличаются. Например, в мадхьямике можно принимать обет без присутствия учителя, используя визуализацию и намерение. Пожелав принять обет бодхисаттвы, я представляю перед собой Будду и всех бодхисаттв, а также могу воспользоваться опорой, скажем, известным изображением Будды, и, с намерением развивать Бодхичитту принимаю этот обет. Если, приняв обет, я его нарушу – например, не буду иметь сострадания к каким‑то существам, что является самым тяжким нарушением обета бодхисаттвы, – то утрачу свой обет. В таком случае мне придется выполнить очищение и вновь принять обет, признав, что я не имел явного намерения его утратить. Очищение тоже имеет силу, если выполняется с визуализацией Будды, бодхисаттв и всего Древа Прибежища, пусть даже не в присутствии учителя.
В наших практиках мы произносим А и тоже представляем Гуру Падмасамбхаву, окруженного дэвами и дакини, как единство всех учителей. При этом можно принять обет Прибежища, а нарушив его, можно покаяться в этом и, очистив нарушение, принять обет снова. Само собой разумеется, что лучше принимать обет в присутствии учителя, который обладает приемственностью передачи и умеет объяснить истинный смысл того, что происходит, чтобы человеку было все понятно. Но такая возможность есть не всегда. Может быть, вначале и удастся найти учителя, который объяснит, как развивать Бодхичитту, но нельзя ожидать, что этот учитель всегда будет рядом.
Многие люди хотят, чтобы учитель был с ними все время, но учитель необходим, прежде всего, в том случае, если нужно получить передачу учения или попросить разъяснений. Нельзя относиться к учителю как к мусорному ведру. Что я имею в виду? Мусорное ведро – это место, куда бросают всякий мусор. Подчас, когда человек встревожен и напряжен, он точно так же вываливает все на учителя. Конечно, если никак не удается разрешить какую‑то большую проблему, можно попросить совета у учителя, но нельзя сваливать на него все, словно он мусорное ведро. Некоторые пишут мне по два‑три письма в неделю. Уж не знаю, откуда у них терпение писать столько писем и деньги покупать столько марок. Читая же их письма, я не могу ничего понять. Ясно, что они служат только для разрядки, а это значит, что к учителю относятся как к мусорному ведру. Обычно я продолжаю читать письма, которые эти люди пишут мне месяц за месяцем, но через некоторое время я их даже не вскрываю, поскольку уже знаю, что внутри. Но я все равно храню их все в большой коробке, так что, возможно, они когда‑нибудь попадут в архив Дзогчен‑Общины и смогут послужить основой для исследований, как те записи, которые делают психоаналитики.
Учитель нужен для того, чтобы получать от него учения и достигать реализации. Как говорится в Дзогчен, учитель – ваш лучший друг, но здесь друг – это не тот, с кем можно погулять, поболтать и поразвлечься. А ведь многие хотели бы именно этого. Некоторые давние члены Общины говорят, что раньше было лучше, потому что они могли проводить с учителем больше времени, и сожалеют, что теперь все стало сложнее и, чтобы встретиться со мной, требуется предварительная договоренность. Но этим людям следует вспомнить, как все было прежде и как обстоят дела теперь.
Когда мы основали Меригар, нас было человек десять и мы устраивались на ночлег бок о бок в одной, комнате. Тем, кто желает вернуться к этим временам, пришлось бы делать то же самое, но в этом случае нас не вместила бы даже Гомпа, и понадобился бы целый концертный зал. Так что нужно об этом слегка задуматься. А те, кто говорит, что с учителем трудно повидаться, должны думать не только о себе, а помнить, что есть много других людей. Теперь я общаюсь с тысячами членов Общины, а не с тридцатью или сорока, и среди этих тысяч людей есть много таких, которые стремятся не дать мне что‑то, чтобы я стал сильнее, а, наоборот, взять. Люди, желающие отдавать, встречаются очень редко. Вот и становится учитель дойной коровой: корову доят и доят, а когда выдоить уже нечего, ее забивают. Примерно так все и происходит. Но поскольку лучше никого не убивать, нужно давать учителю передышку, нужно уважать его пространство. Как‑то я услышал такую фразу: «Учитель просветлен, поэтому он никогда не устает». Но я никогда не говорил, что я полностью просветлен, что я не из плоти и крови. И это касается не только меня. Я знаю, что все учителя, даже те, про которых говорят, что они просветлены и творят чудеса, – все они едят, спят, ходят в туалет и делают все, что и остальные люди. Нужно смотреть на вещи здраво и немного думать. Учителя могут уставать, и пусть даже они стойки, как бодхисаттвы, у них есть материальные тела, которые имеют свои ограничения.
Не следует думать, что учитель недоступен и с ним невозможно поговорить. Разумеется, вы можете с ним поговорить, если у вас есть нечто важное, но болтать о пустяках – значит относиться к учителю, как к мусорному ведру. Перед беседой с учителем всегда лучше немного понаблюдать самого себя: возможно, вы сумеете найти ответ самостоятельно. Лучше быть собственным учителем, чем взваливать эту работу на кого‑то другого. Вот почему учитель, и прежде всего, учитель Дзогчен, учит нас наблюдать самих себя и обнаруживать собственное состояние. Он всегда советует всем нам отвечать за самих себя. Почему учителя говорят так? Не потому, что не хотят, чтобы их беспокоили, а потому, что прекрасно знают: постоянное обращение к учителю – не выход. Выход в том, чтобы наблюдать себя и разрешать свои проблемы самостоятельно. Если же разрешить проблему никак не удается, учитель, конечно же, может помочь.
Поступай все так, было бы намного легче. Всякий, у кого есть, что мне сказать, может подойти и поговорить со мной прямо: нет необходимости устраивать большую церемонию и уединяться для беседы. Я этого не люблю. Но если кто‑то заявляет, что ему нужно сообщить мне нечто очень личное, то можно договориться о встрече заранее. Очень часто у некоторых возникают серьезные затруднения, но во многих случаях нет никакой нужды в большой секретности. Проблема выглядит столь секретной и конфиденциальной только в глазах человека, которого она касается. То и дело кто‑то приходит ко мне и говорит: «Вообще‑то, у меня нет к вам конкретных вопросов. Я только хочу немного побыть с вами»!
Может быть, кое‑кто боится учителя, но я не понимаю, почему. Я никогда не старался пугать людей. Может быть, кому‑то нравится видеть учителя генералом, а себя солдатами, и поэтому они боятся и не знают, можно ли поговорить с учителем.


БОДХИЧИТТА НАМЕРЕНИЯ И ДЕЙСТВИЯ

В отношениях между учителем и теми, кто следует учению, бывают проблемы, но корень этих проблем – то, что люди не наблюдают самих себя. Им недостает принципа Бодхичитты. Развивая Бодхичитту, мы учимся наблюдать самих себя. В Учении Дзогчен принцип Бодхичитты – не обет, который, так или иначе, можно принять самостоятельно, а упражнение в самонаблюдении.
В Махаяне, Учении бодхисаттв, говорится о трех упражнениях. И здесь, прежде всего, следует разобраться, а затем уже выполнять. Первое упражнение – в нравственности; благодаря ему мы учимся управлять своей жизнью. Это можно делать двумя способами. Те, кто не способен учитывать обстоятельства, должны пользоваться правилами, вроде винаи, и в этом случае нужно принять обет. Те же, кто способен исходить из обстоятельств, могут развивать Бодхичитту, которая бывает двух видов: монпа (smoti ра) и джугпа С jug ра). Монпа означает «намерение», а джугпа – «переход к действию, применение на практике». Итак, есть Бодхичитта намерения и Бодхичитта действия.
В Сутрах Махаяны есть много рассуждений об этих двух видах Бодхичитты. Иногда говорится, что Бодхичитта намерения связана с относительной истиной, а Бодхичитта действия – с абсолютной, но эти рассуждения – не главное. Истинный смысл монпа таков: что бы мы ни делали, у нас всегда есть намерение, но, чтобы суметь действовать согласно этому намерению, прежде всего, необходимо обнаружить, что все наши действия начинаются с намерения. Например, увидев человека, страдающего от голода, мы думаем: нужно ему помочь, дать что‑нибудь. То есть сначала возникает намерение дать, затем действие и, наконец, удовлетворение от совершенного действия. Так мы накапливаем благую карму, но то же самое верно и для неблагой кармы. Если мы кого‑то ненавидим, может возникнуть мысль навредить ему: таково наше намерение, а затем наступает очередь действия и удовлетворения. Поэтому сначала всегда присутствует намерение. Развивать Бодхичитту – значит исследовать свое намерение и, если нужно, изменять его.
Подлинный принцип Бодхичитты – это знание своего истинного состояния, а знание своего состояния подразумевает и знание того, что мы живем в относительных обстоятельствах. Будда говорит, что все нереально, подобно сну или иллюзии. Это не отвлеченное рассуждение: Будда говорит это потому, что все именно так и есть. Если мы поймем это по‑настоящему, то обретем истинную Бодхичитту. Но как достичь такого понимания? Прежде всего, поняв относительное состояние.
Когда в Учении Дзогчен мы используем пример с зеркалом, то говорим, что для понимания потенциальной способности зеркала нужны отражения. А чтобы получить отражение, нужно, чтобы перед зеркалом находился какой‑нибудь предмет. Так, благодаря взаимозависимости между предметом и зеркалом, проявляется отражение. Отражение нереально, но с его помощью мы можем обнаружить неисчерпаемую способность зеркала отражать. Точно так же, благодаря относительной Бодхичитте, мы можем понять абсолютную Бодхичитту.
Вы можете убедиться, насколько важна относительная Бодхичитта; она очень важна еще и для того, чтобы жизнь была благополучной и гармоничной. Но ее следует практиковать, Бодхичитта не должна оставаться отвлеченным понятием. Многие люди говорят, что Бодхичитта – очень привлекательное понятие, но дело не в том, чтобы ее хвалить или пропагандировать, а в том, чтобы понять и оказаться в истинном знании. Начни мы изучать относительную и абсолютную Бодхичитту, анализируя их смысл согласно разным школам, наше знание оставалось бы на уровне рассудка, а наше состояние ничуть не изменилось бы. Если же мы проникли в истинный смысл Бодхичитты, наше состояние меняется само собой.
Прежде всего, это справедливо для тех членов Общины, которые, следуя учению, иногда перескакивают на слишком высокие уровни, забывая об основе, с которой мы начинаем. Возможно, кое‑кто, услышав о кадаг и лхундруб, о том, что все изначально совершенно, и получив от учителя введение, думает, что понял это и испытывает удовлетворение, полностью забывая о том, что находится в относительном состоянии. Затем новизна этого ощущения проходит, и человек начинает проявляться не самым лучшим образом.
Subscribe

promo anagaminx august 23, 2020 07:23 Leave a comment
Buy for 100 tokens
Стив Павлина - Почему мне так нравится моя жизнь? «Решить проблему денег раз и навсегда» - вот над чем я работал много лет! Я немного подумал в своем дневнике о том, почему мне так нравится моя жизнь. Вот что я придумал: Пространство для размышлений Мне нравится, что моя жизнь не перегружена…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments